Наследник, скрывающий свой Род

— Что насчёт остальных девятерых?

— Этих в самом деле подобрали на улице. Пятеро сбежали из интерната, когда их нашли Измайловские. Остальные просто бродяжничали. У троих из этих девяти есть живые родственники. Но дети не горят желанием к ним возвращаться.

— Понял, — выдохнув, я откинулся на спинку кресла."

"Антон столько всего успел узнать благодаря своей расторопности, но ему, конечно, немного помогал Виталя. Лариса — жена Витали, работает в администрации Новосибирска в отделении ликвидации последствий аномалий, благодаря чему имеет доступ к некоторым информационным базам.

Сейчас беспризорники живут в большом, но простеньком доме, который мы сняли для них. За ними присматривают две взрослые дамочки, проживающие там же. Этих служанок одолжил нам Антоновский подполковник в отставке.

Все детишки оказались совершенно здоровы, если не считать прыщей, истощения и расстройства желудка у некоторых. Страшные неизлечимые болезни, которыми дети якобы болели — лишь плод фантазии их прошлых «опекунов». Очередная психологическая удавка.

Мой дар не может врать. Лечить от опасных болезней среди детишек оказалось некого.

Но об этом мы тоже им пока не сказали, чтобы не шокировать, — женщины-няньки дают детям каждый день по стопке таблеток, которые на самом деле всего лишь витамины, коих неблагополучным подросткам явно не хватает.

— Ладно. С ребятами понятно. Что насчёт объектов Измайловых? Выбрал, куда стоит бить? Нам нужно вывести этих тварей из игры, чтобы не опасаться от них удара в спину.

— Я верю, что вашим братьям далеко до вас в прозорливости, господин, — улыбнулся Антон.

— С чего такая вера?

— Просто верю и всё, — ответил он легко. — Глядя на вас, я не могу представить другого, кто мог бы унаследовать трон Императора Константина. И…

— Цыц! — я резко прервал его душевную речь, приложив палец к губам.

Антон тут же напрягся. Я почувствовал, что он активировал покров.

— Мне показалось, за окном что-то движется, — прошептал я, вскользь глянув в старое деревянное окошко, завешенное тюлем.

«Радуйся, форточка есть, и она открыта — мысленно обратился я к зверюге. — Так что давай, подруга, лети на разведку».

«А где же „здравствуй моя дорогая“? Как дела? Как поживаешь? О чём вчера дораму смотрела?» — принялась бухтеть зверюга.