Наследник жаждет титул (СИ)

 — Не буду отвлекать.

Я усмехнулся и отложил приборы.

— Очень вкусные мини-голубцы, — изрёк я, взяв бутылку с игристым вином.

— Мини-голубцы? — баронесса заливисто рассмеялась. — Это называется долма, Максим Константинович. Мне захотелось сегодня разнообразия. По случаю… — она многозначительно посмотрела на меня.

Я поднял фужер и проговорил:

— Ответный тост за прекрасную хозяйку. Спасибо, что пригласили в гости и скрасили мой вечер, Ярослава Васильевна.

— Вы считаете, что можете звать меня не по титулу? — стрельнула она глазками.

— А разве не могу?

Она хлопнула ресничками, а затем кокетливо проговорила:

— Тогда и отчество отбросьте. «Яра» будет достаточно.

— Могу сказать то же самое. За тебя, Яра.

— И за тебя, Максим, — мы чокнулись и выпили вновь.

Время бежало довольно быстро. Говорить с баронессой было легко и непринуждённо. Даже о всякой ерунде вроде погоды, моды и новинок театров Яра рассказывала с таким воодушевлением, что я ловил каждое её слово.

Правда, на эти темы говорили совсем мало. Всё-таки у нас с баронессой имелась одна общая и неисчерпаемая тема — мой ремонт.

— Я помню про твой гараж, — закивала Яра и покосилась на пустой фужер.

К этому моменту уже оказалось так, что я сидел рядом с ней, передвинув свой стул. Я быстро разлил остатки второй бутылки игристого. Баронесса благодарно кивнула и, подняв фужер, продолжила:

— Помню. Но там работы непочатый край. Ты ж кучу техники хочешь хранить в одном месте! Плюс станция техобслуживания, плюс мойка. Мы, конечно, можем прямо сейчас этим заняться, но приоритеты с тобой согласованы.

Я осторожно стукнул своим фужером об её и заговорщически произнёс:

— Но я-то самый лучший, верно?

Она оценивающе посмотрела на меня и хмыкнула.

— Лучший, — кивнула она. — Но другим клиентам об этом не говори. А то князья плакать будут от досады.

— Пусть плачут, — усмехнулся я.

Она тоже улыбнулась, и мы выпили.

— В общем, ближе к стройке, будет тебе смета и на гараж, — изрекла баронесса.

— А ты мне ещё скидочку дашь, — кивнул я.

— Я тебе и так дала, — ответила она, а затем усмехнулась и добавила: — скидку.

— И ещё дашь. Уже не просто как Максиму Белозерову, а как дорогому другу."

"— Ох! — вздохнула она и сделала вид, что схватилась за сердце. — Все желают облапошить скромную баронессу.