Наследник с Меткой Охотника

Рукой я зажал рот княжичу, чтобы не заорал. Он забулькал, начав давиться кровью — не вся она из страшной раны выходила наружу.

Я обернулся через плечо. От графа осталась лишь горстка пепла.

А княжич, закатив глаза, сдох.

Я же вновь активировал невидимость и огляделся. С такого ракурса из открытого окна меня не должно быть видно. А к утру должен полностью выветриться запах гари.

«Молодец»! — мысленно поблагодарил я зверюга.

«Половина!» — потребовала она, подкинув мне образ мгновенно сгорающего графа.

Я напомнил ей, что и так отдал ей всю энергию посмертного всплеска с босса огненных скорпионов в аномалии.

Забрав зверюгу обратно в своё Сосредоточение, я подивился, насколько же филигранный контроль над пламенем и температурой у бывшего Матриарха огненных драконов. Даже подпалин на полу не оставила. Всю мощь и весь жар она зациклила исключительно на жертве.

Ладно, нужно спешить. Но сначала необходимо запутать следы.

Прошлый раз, когда я подглядывал за комендантом, ожидая от него какой-то подлянки, тот лишь пялился в планшет, выбирая домик в Сочи.

Я открыл шкаф с одеждой и положив руку на кроссовки графа, закинул их в свой пространственный карман. За ними был маленький сейф с простеньким кодом, который я подсмотрел ранее.

Ха, я взял кипу пятитысячных банкнот и остановился взглядом на толстом золотом браслете с гербом Апраскиных. Как будет выглядеть ситуация со стороны? Граф повздорил с более высокородным, но при этом ещё и более молодым собутыльником и в порыве гнева прикончил его штопором.

А затем в ужасе сбежал, не взяв с собой то, с помощью чего его можно отследить.

Но возьмёт ли он родовой наруч-оруженосец?

Я взял наруч в руки и весь обратился в один сплошной энергетический рецептор. Что я чувствую от наруча? Да много всего. Вот только ни одна, даже самая тонкая энергетическая ниточка, не уходит куда-нибудь вдаль. А значит, никакого энергетического отслеживания на наруче-оруженосце нет.

Торжествующе улыбнувшись, я закинул и его в своё хранилище. Затем туда же отправил толстовку и штаны-карго — не голый же пустился в бега граф-убийца, правильно?

О! Чуть не забыл.

Взяв со стола чистый лист, я рукой смахнул на него пепел, оставшийся от графа и тоже закинул в свой невидимый карман.

Набрав полные лёгкие, дунул, раздувая в стороны те пылинки, которые не удалось собрать.

Вот теперь точно всё.

Напоследок я окинул взглядом спальню графа Апраскина.