Наследник с Меткой Охотника

Крыса-мать способна повторять свой кислотный залп примерно раз в минуту, поэтому я рванул с места, ловко пронырнув между корчащихся от боли кобольдов."

"— Света, за мной! Остальные, зачистка! — крикнул я на ходу, поравнявшись с боссом.

Я с силой взмахнул перед крысой своей чёрной «бейсбольной битой». Гигантская крыса инстинктивно прикрылась обеими кирками, которые сжимала в лапах.

Когда моя рука с битой была поднята, я разжал пальцы. Бита полетела вниз. Подхватив ее другой рукой, я ударил крысу снизу по открывшемуся брюху.

Тварь захрипела, согнувшись и упав на передние лапы. Как раз в тот момент, когда я ушёл в сторону с линии атаки своей партнёрши.

Я чувствовал, что для нормальной защиты в монстре не осталось энергии. И я убедился в этом, когда клинок Светы легко вошёл в крысиную морду. Резко дёрнув мечом, наша воительница вертикально рассекла голову врага.

А позади меня народ прикончил обожжённых кислотой кобольдов — у Маши тоже была артефактная палица, а у Змея — топор.

— Браво! Вы отлично справились, — похлопал в ладони преподаватель.

Змей и Маша заулыбались.

— Пока не вернулись домой — не справились, — произнёс я холодно.

А то ишь! Расслабляет мне тут неофитов.

Света рядом со мной одобрительно кивнула и покосилась на мою «биту».

— Красиво ты это исполнил, — проговорила она. — Где научился? Нужно ведь долго тренироваться?

— В детском доме приходилось иногда драться.

— Я? — удивлённо выпалила девушка. — Ты же… лидер?

— А ты прикончила босса. И вообще, раз я лидер, то слушайся мой приказ. Заканчивай уже. Оформимся да поедем обратно в лагерь. На ужин макароны дают.

* * *Первым делом, вернувшись домой, мы, следуя традициям стражей, сожгли наши непонадобившиеся завещания. Когда вышли живыми из аномалии, нам их вернули.

Встретить нас и посмотреть на короткое огненное шоу собралось немало народу.

— А где Маша? — удивлённо спросил Олег.

Мы знать не знали. Когда увидели соседку Маши по домику, личную дворянку из Кемерово, поинтересовались у неё, где наша подруга?

— Она сказала, что устала, — беззаботно ответила кемеровчанка, — и есть ей не хочется.