Наследник по крови (СИ)

Я не желаю за этим наблюдать!

Это больно! Чертовски больно! Это убийственно!

Чувствую, как медленно умираю внутри. Каждая клеточка моего тела чернеет, превращаясь в пепел. Я вся горю. Разодранное в клочья сердце обильно кровит.

Я этого не вынесу.

— Я хочу домой, — хриплю я, понимая, что не выдержу здесь больше ни минуты.

Если я подойду ближе — там и подохну.

— Сейчас? — спрашивает Стас, пребывая в полном замешательстве.

— Да, — чувствую, как к горлу подкатывает паника. Глаза наполняются слезами.

Я понимаю, что должна взять себя в руки, но как это сделать?

Как???

Глава 41

Ива

«Дыши, Ива, дыши!» — приказываю себе, скользя отчаянным взглядом по Черкасову.

— Только не сейчас, — слышу его ответ. — Я не могу просто взять и уйти. Сегодня женится мой близкий друг. Я должен разделить с ним это событие. Понимаешь?

— Так оставайся с друзьями. Не стоит обо мне беспокоиться, — порываюсь уйти, но Стас останавливает меня. Крепко схватив за запястье, возвращает на место.

Мы снова оказываемся лицом к лицу.

— Объяснись, — в висок толкается хриплый выдох.

Господи, ну и угораздило же меня попасть в переплёт…

Если бы я знала, кто такой Князь, я бы никогда не сблизилась со Стасом! Не оказалась бы на этой чертовой свадьбе! Не сгорала бы сейчас под колючим взглядом Макса! Он острее ножа.

Ток… Ток… Ток под кожей.

Миллионы раскалённых иголочек расползаются по всему телу и жалят… жалят… жалят…

Зачем он смотрит?

Максу должно быть пофигу!

После того, как отправил меня на аборт, он месяц молчал! Месяц! Ни одной попытки сближения! А теперь его вид красноречиво говорит о том, что он готов меня убить.

— Стас… Это платье. Оно… — не знаю, что бы такое соврать, чтобы побыстрее слинять отсюда, поэтому выпаливаю первое пришедшее на ум: — Я не могу в нём нормально дышать. Оно сдавливает грудную клетку.

— Ты заверила меня, что в этом платье тебе удобно, — хмурится Станислав.

— Я ошиблась, прости, — виновато поджимаю губы, стараясь выглядеть правдоподобной.

— Супер… — закатывает глаза Черкасов.

— Ты его знаешь? — неожиданный вопрос Давида застаёт меня врасплох.

— Кого? — спрашиваю, автоматически поворачивая голову к другу Черкасова.

— Его, — весьма наблюдательный Руднев кивает в сторону Макса, и моё сердце снова делает кульбит. Я инстинктивно прослеживаю взгляд Давида и сталкиваюсь с не менее пристальным вниманием Пожарского.