Насильно мил (не) буду

Дима сразу сказал: штамп – ерунда, будем жить как муж и жена. Но это никак не помогло мне избавиться от мечты о свадебном платье.

В цветочный магазин часто обращаются за букетами для невесты, цветами для оформления церемонии. Я лично делаю украшения из живых розовых бутонов для прически. Но вот сотворить что-то эдакое для себя и покрасоваться в пышном платье мне не суждено никогда.

Любимый папочка забрал у меня такую возможность, как и множество других.

Уговариваю себя успокоиться, еще чего не хватало – грустить из-за ерунды.

Через некоторое время прекращаю следить за невестой и ее метаниями от платья к платью. Бочком-бочком стараюсь подобраться поближе к коллекции кукол. Ту, что мне нужна, примечаю быстро. Она сидит у самого края. Жутко нервничаю, что меня застукают за подменой, но дело должно быть сделано.

У меня очень ловкие руки. Впрочем, когда в семнадцать сбегаешь от отца-психа, волей-неволей обзаводишься самыми разными навыками. Прежде чем попасть к Диме, я успела навидаться всякого, бывало, и в магазинах приходилось подворовывать.

Не горжусь этим, но отлично помню ту щекотку по всей спине, когда в кровь впрыскивается адреналин, и ты будто становишься другим человеком – с невероятным слухом и ускоренными реакциями."

"Знакомое состояние овладевает мной и сейчас. В этом есть особый кайф, его не отнять, в такие моменты чувствую себя невероятно живой. И все же в обычной жизни предпочитаю быть на стороне добра, хоть за это платят гроши.

Едва успеваю переселить куклу из сумки на полку, заменив ее той, что еще недавно там сидела, как слышу недовольный тон красавицы-невесты:

– Покажите, что вы там принесли!

Выступаю вперед, достаю из пакета коробку со шпильками, которые я вдела в основания маленьких белых роз.

– Смотрите, я аккуратно украшу ими вашу прическу, продержатся хоть целый день, я их обработала специальным раствором…

– Ну-ну! – фырчит Арина, но все же добреет. – С платьем определились, давайте прическу.

Позволяет стилисту начать работу с ее волосами, а потом подключаюсь и я.

Тихо выскальзываю из комнаты, когда приходит визажистка и начинает трудиться над ее лицом.

В кармане приятно шуршат чаевые, а в сумке сидит золотоволосая кукла, которая так нужна Захару.

Надеюсь, после того как вручу ему добычу, он уедет?

Он должен уехать, просто обязан.

Захар все портит своим присутствием. Бесконечно думаю о нем и ничего не могу с собой поделать. Вспоминаю наш поцелуй и млею, млею.