Наш папа - прокурор

Я… чувствовал себя виноватым перед тем неродившимся ребенком. Не сумел сберечь и сохранить жизнь.

– Ты не знал.

– Не знал. Зато откуда дети берутся знал. С тобой голову потерял.

– После тройни, надеюсь, больше не потеряешь.

– Да, справимся, Саш, – откидывается на спинку кровати. Со всем можно справиться. Если вместе.

Если вместе…

– Я поняла ответ на твой вопрос. В моем случае, ты должен был поговорить с отцом, а потом со мной. Мы должны были вместе решить, как нам поступить.

– Получается, я должен поговорить с отцом девушки, а потом с ней самой?

– Вот тут у меня и была нестыковка.

– Понимаешь, у нас с тобой были какие-никакие, но отношения. Мы друг другу больше, чем просто знакомые. – Он усмехается уголком губ. Помнит. – Если мы хотим быть вместе, то должны рассказывать друг другу все и решать вместе. Если она тебе просто знакомая, то тогда ты ей ничем не обязан. Нужно поговорить только с родителями.

– Допустим, это была бы Онежа. Что бы ты сделала? Поговорила с ее отцом, а с ней нет?

– Онежа?

– Нет, это не Онежа, но допустим.

– Если бы Онежа, я бы поговорила с ее отцом и узнала для начала, что она знает, а что нет. И если бы ее папа сказал, не рассказывать ей, я бы не рассказывала. Но если бы я узнала такое про тебя, то твой отец не стал бы мне преградой поговорить. Ну, в том случае, если бы мы с тобой были вместе.

– Как сейчас?

– Да, на данный момент у меня нет от тебя никаких секретов.

Юра тянется ко мне и целует.

– Я в восторге.

– От чего? – отрываюсь от него.

– От того, что узнаю тебя лучше. Хоть тогда нас только страсть связывала, но что-то в тебе притягивало так сильно, что даже через полгода не смог забыть.

Юра заставляет меня своими словами спрятать взгляд. Поджать губы. Я не хотела перед ним строить из себя кого-то. Я только хотела быть искренней.

– Жаль, я не поговорил с тобой зимой. Многое могло бы быть по-другому.

– Не жалей. – Поднимаю глаза. – Раз тогда ты сделал такой выбор, значит, это было лучшее решение на тот момент.

Юра находит мои пальцы, переплетает их. Мы оба виноваты в том, что случилось зимой. Не умели слушать, не умели слышать.

Надолго нам остаться наедине не дают. В палату стучат, Юра отстраняется и разворачивается к двери.

– Александра, к вам еще один житель.

Нам завозят еще одну кроватку.

В груди как будто снова весна, распускаются цветы. Я не могу сдержать улыбку. Тут же поднимаюсь, Юра помогает.