Нахалка на его голову

Его руки с силой сжали мои бёдра, удерживая от соблазняющих движений. Губы открылись, но лишь для того, чтобы сказать:

- Я видел, как ты скучала на водопаде со Старским.

Что? Это ревность?! Господи, неужели, в этом и есть причина его холодности? Прикусила мочку его уха и прошептала:

- Ты что ли был там, на водопаде?

- Зачем? Все видео сразу грузятся на сервер.

- Вон оно что. – Я проложила дорожку из поцелуев по его шее и обратно к сомкнутым губам, ласково пробежала кончиками пальцев по напряжённым мышцам рук, пытаясь хоть немного их расслабить.

"Боже, у меня так синяки останутся – так сильно он сжал мои ягодицы, удерживая на расстоянии, не подпуская к себе слишком близко. Ещё немного, и я расплачусь, признав поражение, и уползу в шалаш к нашей звезде рвоты и тошноты. Я уже почти потеряла надежду, поэтому вопрос, заданный хриплым нервным голосом, стал неожиданностью:

- Ты спала с ним?

- Чтооо? – Выпучила глаза, моему возмущению не было предела.

Не дав возможности договорить, его губы яростно смяли мои, лифчик оказался тут же разодран и отброшен прочь. Никакой нежности, только голые инстинкты, голодная страсть на грани одержимости. Я не узнавала себя, это словно не я была вовсе: бесстыжая, всё позволяющая, на всё согласная, послушная его рукам, его воле, жадно ловящая его губы и подставляющая под поцелуи и ласки каждый сантиметр кожи, внезапно ставшей чувствительной, словно оголённый провод.

Первый толчок принёс частичное облегчение, эмоций было слишком много, и они хлынули наружу слезами. Влад испуганно замер:

- Что такое, малыш? Снова больно?

- Нет, нет. – Помотала головой. – Это от счастья. Я люблю тебя.

Он нервно сглотнул, собрал губами слёзы с моих щёк и продолжил двигаться. Что-то подступало, неясное и оттого пугающее.

- Теперь я! Хочу сверху.

Ощущения сменились, стали иными. Какое звёздное небо! Ах! Влад обхватил губами грудь, и в этот момент меня накрыло, скручивая в тугой пульсирующий узел невероятного и полного кайфа. Я вскрикнула, по телу прошла дрожь. Влад чуть приподнялся и продолжил двигаться, удерживая меня под ягодицы, пока вдруг не дёрнулся, сжимая их с силой и утыкаясь мне в шею с глухим рычанием.