***надцать лет спустя

Ни Лариса, ни Марта такой убедительностью взгляда не обладали, поэтому отстала Иришка только от брата.

Вообще, скорость, с которой Сашка все организовал, приятно удивила. И даже, чего греха таит, заставила испытать легкую зависть. Потому что с их разговора не прошло ещё и трех суток, а они уже стоят в здании аэровокзала.

Тот был на удивление пуст, потому больше напоминал ангар, нежели терминал аэропорта.

Несколько десятков пассажиров рассредоточились и затерялись на огромной площади. Охранники бдительно дремали в положенных местах, работники паспортного контроля, не утружденные наплывом посетителей, тихонько переговаривались между собой, а девушка в газетном киоске и вовсе беззастенчиво спала, роняя голову на грудь.

Регистрация на рейс до Мадрида уже закончилась, но на посадку ещё не позвали, вот Иришка теперь и терзалась запоздалыми сомнениями. Вернее, терзалась она ими уже третьи сутки, а тут просто одолели панической атакой.

- Перестань, - Лариса шляпку отняла, все равно её теперь только выбросить – вид, будто корова пожевала. – Не паникуй, поняла? У нас все будет хорошо. За Мартой мы будем следить, обещаю. А ты, если встретишь миллионера ночью на пляже, тоже не оплошай.

Лишившись шляпы, Ира было вцепилась в ремень сумки, но одернула сама себя. Если запасная панамка в чемодане лежала, то сумочку она брала с собой только одну, и портить её не стоит.

- Да я все понимаю… Просто на душе тревожно так.

"Что «вообще» она не договорила, из-за угла наконец-то показались Сашка с Мартой. Шли не спеша и о чем-то переговаривались. И Лариса вдруг поняла, что они похожи. Не то, чтобы прямо копия, но что-то определенно есть. Может, чуть резковая линия скул, которая у Марты ещё не так заметна из-за детской припухлости щечек. Или же ещё что-то неуловимое, но четко указывающее, что они родственники.

- Туалет тут вполне приличный, только сушилка для рук не работает, - Марты с истинно детской непосредственностью и не подумала понизить голос, обсуждая дамскую комнату. – На посадку не пора?

Ответить ей никто не пожелал, разве что Ириша сгребла ребенка в охапку, почту задушив в объятиях. Девочка стойко вытерпела тисканья, в ответ крепко прижавшись к маме.

А Лариса, глядя на них, снова испытала прилив чего-то, подозрительно похожего на зависть.