***надцать лет спустя

А если на пакете не окажется ваших отпечатков – а я так понял, что вы не настолько дурные, и незнакомые кульки голыми ручками не мацали - то и вовсе пшик, а не доказательства, но всё зависит от того, насколько настойчивым окажется следователь.

- Но ведь вы же с ним служили вместе, Щукин хорошо знает Сашу, с чего ему быть настойчивым?

- С того, что мы с ним вместе служили, а с Авдеевым он дружит, причем, давно и, да не покажется тебе это слово кощунственным, нежно. Ты вот знала, что твой бывший муж крестный отец дочки Щукина?

- Нет.

Честно говоря, она о религиозных взглядах Кости вообще имела весьма смутное представление.

- То-то же. А, между прочим, мать этой девочки и, соответственно, жена следака приходится дочкой заместителю председателя нашего областного суда. Поэтому у Лехи карьерные перспективы ого-го какие, ходят слухи, что его пророчат в замы областного прокурора, когда тот через год на пенсию пойдет.

Лара сначала немного запуталась в дочках и заместителях, но всё же логическую цепочку составила:

- А разве это не запрещено?

- Что именно? Жениться на дочках судей? Или на пригретое место садиться? – Макс помог ей выйти из машины.

- Который есть, но его вроде нет?

- Вот-вот.

"На время завтрака они разговаривать прекратили, но так Ларисе даже лучше думалось. И думалось почему-то исключительно вокруг личности следователя. С одной стороны, его рвение понятно – друг пострадал. С другой, в качестве подозреваемых проходят его же, следователя, хорошие знакомые. И, как ни крути, получается, что лицо он очень даже заинтересованное.

Свои размышления она озвучила Лихачеву, когда тот вез её на работу.

- Раз он хорошо знаком и с потерпевшим, и с обвиняемым, нельзя потребовать, чтобы Щукина сменили?

- Зачем? Пусть работает, служба у него такая. К тому же, если коллеги все-таки не врут, и следак он хороший, то на первого попавшегося подследственного кидаться не станет, попытается разобраться.

- А если всё-таки станет? – перспективы, конечно, не то, чтобы совсем унылые, но и особым оптимизмом не радовали.