***надцать лет спустя

Потому не слышал, ни как встала Лариса, ни как потом зашла в комнату, хотя обычно просыпался даже от тихих звуков.

Пропущенный был от Макса, и это сразу настроило на деловой лад. Если бы друг ничего не узнал, не стал бы звонить утром в субботу, значит, что-то раскопал.

- Дрыхнешь, что ли? – Утруждать себя приветствием Лихачев не стал, хотя голос был подозрительно довольным."

"- И тебе доброго утра. Чего неймется? – обидеть Максима он не боялся, зная, что тот и сам спросонья хмур и недоволен, как разбуженный в неурочное время медведь.

- Так узнал кое-что про эту вашу земноводную. Я уже возле твоего двора, сейчас забегу.

- Я не дома, - Чернышов вышел в коридор и прикрыл пальцем динамик телефона. – Лар, это друг, который должен был узнать про цыган, ты не против, если он подъедет сюда?

Лариса тут же высунулась с кухни:

- Нет, конечно, пусть приезжает.

Видимо, палец он все-таки прижимал не плотно, потому что в телефон ничего не успел сказать, когда Макс подал голос:

- Да я смотрю, у вас там полное взаимопонимание, - Лихачев издевательски заржал в трубку. – А голосок у неё приятный…

Александр только покачал головой, даже не пытаясь как-то возразить, только заметил:

- На дорогу смотри, ценитель прекрасного. Если едешь по Энгельса, разворачивайся, там два дня, как сделали одностороннее, а возле кинотеатра «Дружба» гайцы дежурят.

Макс тут же выдал замысловатое идиоматическое выражение, судя по которому, как раз там он сейчас и ехал. Чувствуя себя отомщенным, Чернышов нажал «отбой». Вообще-то его и самого там же вчера прихватили, на первый раз просто сурово предупредили, даже денег вымогать не стали, чем изрядно удивили.

Лихачев приехал минут через пятнадцать, которых как раз хватило, чтобы принять душ и вообще придать себе вид цивилизованного человека, хорошо, что не поленился вчера захватить из машины сумку со сменной одеждой.

За это время вернулись с прогулки Марта с Чапой и Чернышова из ванной выгнали, чтобы помыть лапы собаке. Сразу стало шумно, тесно, и нега субботнего утра, от которой хочется зевать и лениво потягиваться, окончательно развеялась. Лариса продолжала колдовать над плитой, ловко орудуя сразу двумя сковородками:

- Саш, помоги Марте сложить диван, он довольно тяжелый. А ты убери постель, - это уже крестнице.