Надеюсь, она не узнает (СИ)

Всё же я очень вас уважаю, Владимир Григорьевич, и благодарен за всё, что вы мне дали за годы тренировок. Я не спортсмен, а любитель. И настало время двигаться куда-то дальше…

Я не сказал об этом, но там, в своей голове под красным шлемом, подумал, что незачем цепляться за то, чем не дорожишь по-настоящему. И на мгновение вспомнил Риту, которая недавно упрекнула меня в том, что я не держусь за наши отношения. Может, она права? Может, недостаточно держусь, потому что недостаточно дорожу?

От этих мыслей меня избавил тренер, протянув мне руку, чтобы я наконец встал.

Удивительно, потому что Владимир Григорьевич обычно не протягивает руку тем, кто не пытается встать сам. Я видел в его взгляде уважение. И оно мне точно не померещилось, потому что вместо того, чтобы отправить меня в медпункт и продолжить тренировку, он раздал парням задания, а сам помог мне подняться и повёл к себе в кабинет, чтобы посмотреть и обработать разбитую бровь. Оказалось, ничего серьёзного, даже швы не понадобилось накладывать.

А напоследок тренер в своей типичной манере поделился житейской мудростью. И, несмотря на банальность, мысль была очень актуальной:

— Костик… Ты, главное, хуйню не твори!

Знал бы он, насколько это трудно выполнимый совет. Хотя, возможно, и знал.

Я поблагодарил Владимира Григорьевича, пообещал когда-нибудь зайти к ним в клуб на чай, поклонился и ушёл. Избитый, но довольный поехал на встречу с рок-группой «No grace». Надо будет не забыть объяснить им, почему я так выгляжу.

А то рокеры рокерами, но с собой в тур даже им надо брать ответственного профессионала, а не алкоголика-драчуна.

63

Костя

На следующий день я, как и в прошлый раз, заехал на машине за Верой. И первым, что она сказала, нырнув в салон, было:

— Вершинин, колись, куда мы едем?

Вторым:

— А что это у тебя с бровью?

И третьим:

— Привет, кстати!

И чмокнула меня в щёку.

Насчёт брови я объяснил, как есть, а от ответа на первый вопрос увиливал как только мог. Отшучивался, запугивал, говорил загадками.

Например: «Там, куда мы едем, тебе понадобится немного смелости…»

И когда мы приехали к джазовому клубу, Вера посмотрела на меня с недоумением:

— Смелости?

— Ага, потому что здесь причиняют боль и исполняют давние желания.

— Интригуешь ты знатно, — хмыкнула Вера с иронией, — но что-то мне уже страшновато становится.

— Я же говорю, смелость понадобится. Ладно, пойдём внутрь, там всё поймёшь."

"Мы зашли в холл с несколькими дверьми.