На пути к свадьбе

– Грегори, – прошептала Люси, когда его пальцы каким-то образом нашли ее грудь.

– О, Люси, – простонал он, принимаясь тискать и мять ее грудь, теребить сосок и...

О Боже! Разве возможно, чтобы все, что она чувствует, отдавалось «там»?

Люси ощутила острую потребность вжаться в него бедрами. Она стремилась к чему-то, что не поддавалось определению, к чему-то, что могло бы наполнить ее, насытить.

Грегори быстро и решительно стянул с Люси ночную сорочку, и она осталась абсолютно обнаженной. Она подсознательно попыталась прикрыться, но Грегори перехватил ее руки и прижал их к своей груди, а потом опять сел прямо и посмотрел на Люси так, будто.

Она была прекрасна.

Он смотрел на нее так, как мужчины всегда взирали на Гермиону. Только в этом взгляде было и нечто другое. Страсть, желание.

Люси ощутила себя божеством, которому поклоняются.

– Люси, – прошептал Грегори, едва касаясь, гладя ее по груди. – Мне кажется... я думаю...

Он замолчал и покачал головой. Медленно, как бы не понимая, что с ним происходит.

– Я так ждал этого, – тихо проговорил он. – Всю жизнь. Я даже не знал об этом. Не знал.

Люси поднесла его руку к губам и поцеловала в ладонь. Она все поняла.

Неожиданно Грегори поднялся и принялся спешно расстегивать бриджи.

Люси ошеломленно наблюдала за ним.

– Я буду нежным, – пообещал он. – Даю слово.

– А я и не беспокоюсь, – сказана Люси, неуверенно улыбаясь.

Грегори улыбнулся ей в ответ."

"– Да, но вид у тебя обеспокоенный.

– Ничего подобного.

Грегори усмехнулся и лег рядом с ней.

– Может быть больно. Мне говорили, что так бывает в самом начале.

Люси замотала головой.

– Меня это не волнует.

Грегори погладил ее по руке.

– Запомни: сначала будет боль, а потом станет лучше.

Люси ощутила, как где-то внизу живота стало разгораться обжигающее пламя.

– Насколько лучше? – чужим голосом спросила она.

Грегори лег на нее и всем телом ощутил ответный жар ее тела. И понял, что погружается в грех.

– Намного, – наконец сказал он, прищипывая губами кожу на ее шее. – Вообще-то даже больше, чем намного.

Он раздвинул ей ноги и устроился между ними. Почувствовав его мужское естество, твердое и горячее, она напряглась. Он, вероятно, догадался, в каком она состоянии, потому что прошептал ей в самое ухо:

– Ш-ш-ш...

А потом его губы стали медленно двигаться вниз.

И вниз.

И вниз.

От шеи они переместились к ямочке на плече, затем...