На краю

У Лыкова, кстати, солдатский Георгий…

Нищенков стал что-то говорить, но Манакин его оборвал:

— Посылаю статского советника к тебе. Да, он не с пустыми руками, а с подарком. От самого Виктора Рейнгольдовича фон Таубе. Так что, покуда он едет, пошли за ординарцем…

Военный губернатор пожал питерцам руки и велел держать его в курсе дела. И те уехали к железнодорожному вокзалу, в штаб крепости.

Новоиспеченный генерал от артиллерии встретил их заинтригованным. Как и ожидал увидеть Лыков, на его мундире красовались погоны с дырками от выдернутых звезд[14].

— Значит, Виктор уже тогда знал? Вы ведь ехали десять дней! И взяли погоны с собой. А я лишь вчера увидел в приказе.

— Знал, ваше высокопревосходительство, и снабдил нас таким презентом.

— Называйте меня Аркадием Никаноровичем. А вас как? Алексей Николаевич, ага. Помощник ваш еще молод, но пусть будет тоже…

— Благодарю, — расцвел Азвестопуло.

— Господа, не желаете принять участие в торжестве? Завтра в десять часов вечера в банкетном зале буфета Офицерского собрания. Будет узкий круг, но я вас приглашаю.

— Нет, Аркадий Никанорович, нам там не место, — уклонился статский советник. — Мы штафирки, наше дело — жуликов ловить. Вашим гостям можем прийтись не по вкусу.

— Ну, как вам угодно. А что Виктор? Привык обходиться одной рукой?

— Виду не подает. В последнее время барон совсем повеселел.

— Да, умеем мы разбрасываться людьми, — согласился Нищенков. — Ну, к делу. Вы приехали дознавать нападения на полковые казначейства, верно?

— Верно. Еще Гондатти просил министра разобраться, кто у вас режет на улицах китайцев, да еще с такой жестокостью.

Комендант нахмурился, склонил голову и какое-то время молча смотрел в пол. Сыщики тоже помалкивали. Наконец хозяин заговорил:

— Я слышал от Михаила Михайловича его затаенную мысль, что убийства эти есть способ китайского правительства запугать своих сбежавших подданных.

— Через агентуру, — мягко сказал статский советник. — Есть же у вас такая?"

"— До последнего времени не было, ели с ладони у того же Лединга… будь он неладен.