На краю

Но как вершит? Вы не поверите, Алексей Николаевич: за умышленное убийство дают исправительные арестантские отделения. Как за кражу.

— Не может быть, — вырвалось у сыщика. — За умышленное?

— Святой истинный крест. Ссыльному из крестьян Гиоеву присудили три года арестантских рот. Другому, Асурбаеву, вообще дали полтора года! А он человека зарезал.

— Но почему такие мягкие наказания, Дмитрий Дмитриевич?"

"— Из ложно понимаемого гуманизма, — угрюмо предположил Григорьев. — Добренькие они там, во Владивостоке. Рассуждают так: злодей и без того наказан, отбыл каторгу, теперь ссыльный, тащит груз прежних грехов.

А мы ему усугубим участь. Жалко. Давайте смягчим. Но он ведь человека зарезал, умышленно! Как же так? В результате суровые мужики, коренные сахалинцы, распускаются от безнаказанности окончательно. Больше половины преступлений остаются нераскрытыми. Хотя обыватели всегда знают, кто и за что убил. Но молчат, в полицию не сообщают. Боятся. Его выдашь, а он получит полтора года и потом вернется. Или сбежит. Или его сообщники отомстят, причем страшно, с изуверством. Таких случаев десятки, и люди запуганы. Поэтому отыскать вашего маньяка будет непросто. Только кажется: тысяча семьсот тридцать ссыльных на одиннадцать тысяч населения. А попробуй скажи им слово поперек. В прошлом году сожгли избу поселенца Игошина в Оноре, со всем семейством. Дал свидетельские показания на Подлегаева, знаменитого здесь убийцу. И вот страшный итог… Жена, дети — семеро сгоревших заживо. Так что поиски Чумы могут затянуться. Аж до весны, если смотреть правде в глаза. А весной он ускользнет на материк, и ищи его по всему Приморью…

Глава 14

Последний из банды Погибельцева

Два дня прошли в поисках маньяка по всему русскому Сахалину. Лыков в них не участвовал. Он разбирал архивы, сопоставлял, думал — и заодно отдыхал. Из Владивостока ему переслали телеграмму от Белецкого. Директор департамента требовал скорейшего возвращения двух сыщиков в Петербург. Алексей Николаевич был сторонником старого принципа: держи начальство в ежовых рукавицах! И потому отбил короткий ответ: дело вот-вот завершится, скоро будем…

В действительности конец трудного дознания был не определен.

Зима, почти полное отсутствие дорог на острове, запуганность жителей, нехватка секретной агентуры, спайка бывших каторжан… У Чумы, по догадкам сыщиков, оставалось еще около десяти тысяч рублей. Огромные деньги для здешних мест. Год можно прятаться, и еще хватит на выпивку с закуской.