На краю

Алексей Николаевич отличился: выставил бутылку того самого бенедиктина, который начальник области не решался себе позволить. Сыщик успел сходить в ресторан, ознакомился с заведением и купил подарок. Хозяин оказался бывшим каторжным, отбывшим наказание за разбой и теперь не спешившим уезжать на материк. Здесь его дела шли неплохо, только вот «Кишинев» подвел, не привез каперсы с паштетами…

После обеда, кофе и папирос совещание продолжилось. На него позвали смотрителя поселений Первого отдела Александровского участка Шикера.

— Людвиг Леонтьевич у нас из потомственных дворян! Воевал. Сейчас отвечает за наиболее населенный отдел. Чуть не треть всех жилых домовладений в его ведении. Вот мы у него и спросим…

Однако Шикер сам начал с вопроса:

— А правду мне сказали, что вы Погибельцева заарестовали на днях?"

"— Правду, — ответил Лыков и пояснил: — Он сколотил банду из бывших сахалинцев и давай ломать по всему Приморью полковые кассы.

— Стало быть, его теперь повесят?

— Непременно.

— А Ударкин с ним был?

— С ним. Этого пришлось застрелить, когда он открыл огонь.

— Ну и черт с ним, сволочь был, каких мало.

— Людвиг Леонтьевич, подскажите, где нам искать последнего члена банды — Почтарева? Некоторые его сообщники известны, но не все.

— Господин начальник участка мне такую задачу ставил, — доложил смотритель. — Я стражу послал по адресам еще вчера. У нас в Александровском три старших пеших стражника, двенадцать младших и один конный.

— И что?

— Рапорта пока прислали только из Погиби и Ново-Михайловки. Следов беглеца не обнаружено. Остальные рапорты жду к завтрашнему утру.

— А как ваши люди разузнают? Заходят в дом и спрашивают? Им ответят: нет такого, и что?

Шикер не смутился и стал защищать своих:

— Стражники все, почитай, из бывших надзирателей.

Лыков не унимался:

— Есть ли у стражников жители на осведомлении? Как поставлен надзор?

— Ежели вы про секретную агентуру, то ее нет, — признался смотритель. — Потому нет, что средств на нее не выделяют.