Гипотеза любви

Просто пристально смотрел на нее, и в его лице читался намек на досаду, губы задумчиво сжались. А потом заговорил тихим и ровным голосом:

— На втором году аспирантуры мой научный руководитель сказал мне, что я неудачник, который никогда ничего не добьется.

— Что? — Такого поворота она никак не ожидала. — Почему?

— Из-за неправильного конструирования праймера. Но то был не первый раз и не последний. И иногда он отчитывал меня по куда более неожиданным поводам. Порой он публично унижал своих аспирантов без всякой на то причины.

— Но ты…

Публикуешь статьи в Lancet. Имеешь постоянный контракт с университетом и гранты на миллионы долларов. Стал ведущим докладчиком на крупной конференции. Оливия даже не понимала, с чего начать, так что остановилась на самом очевидном:

— Ты получил премию Макартура.

— Получил.

— Погоди… то есть то, что сказал Холден, правда? — Она не могла в это поверить. — Почему юридический?

Он пожал плечами.

— Мои родители одобрили бы. А мне было все равно, кем быть, если я не мог стать ученым.

— И что тогда тебя остановило?

Адам вздохнул.

— Холден. И Том.

— Том, — повторила она.

"— Если бы не они, я бы бросил аспирантуру. Наш научрук славился своим садизмом. Как и я, полагаю. — Его губы скривились в горькой усмешке. — Я знал о его репутации до поступления. Но дело в том, что еще он был блестящим ученым. Лучшим из лучших. И я подумал… подумал, что смогу вытерпеть от него все и это того стоит. Я думал, все проблемы решат выдержка, дисциплина и упорный труд. — В голосе Адама слышалось напряжение, как будто ему было непривычно говорить на эту тему.

Оливия постаралась спросить как можно мягче:

— Но получилось по-другому?

Он покачал головой.

— В некотором роде наоборот.

— Не было дисциплины и упорной работы?

— Работали мы очень усердно. Но дисциплина… Дисциплина предполагает наличие прозрачных правил. Существуют образцовые модели поведения, а отклонения от этих моделей корректируют, используя эффективные инструменты. По крайней мере, я так считал. И по-прежнему считаю.