Гипотеза любви

Обычным нарядом Оливии для конференций служили черные джинсы и наименее потрепанный кардиган, но несколько дней назад Ань заметила, что для доклада это слишком повседневный аутфит. Провздыхав несколько часов, Оливия решила взять черное платье с запахом, которое она купила на распродаже перед собеседованием в аспирантуру, и черные туфли-лодочки, позаимствованные у сестры Ань. Тогда это казалось хорошей идеей, но как только она зашла в ванную, чтобы переодеться в платье, то поняла, что оно, видимо, село с последней стирки.

Она как раз вышла из ванной, репетируя про себя свою речь, когда дверь открылась и кто-то — Адам, конечно, это был Адам — вошел в комнату.

Все. Он так и остался открытым.

— Привет. — Оливия заставила себя улыбнуться. Сердце у нее в груди делало что-то странное. Билось слишком быстро. Наверное, придется идти к врачу, как только она вернется домой. С кардиологией шутки плохи.

Адам резко закрыл рот и кашлянул.

— Ты… — Он сглотнул и переступил с ноги на ногу.

— Ага. — Она кивнула, все еще улыбаясь. — Только приехала. Мой самолет приземлился вовремя, на удивление.

Адам казался несколько заторможенным. Может быть, джетлаг, или прошлой ночью гулял допоздна со своими знаменитыми учеными друзьями, или с загадочной женщиной, о которой говорил Холден. Некоторое время он молча пялился на Оливию, а потом произнес лишь:

— Ты выглядишь…

Она бросила взгляд на свое платье и туфли, думая про себя, не размазалась ли уже тушь.

— Профессионально?

— Это не то, что я… — Адам закрыл глаза и встряхнул головой, как будто собираясь с мыслями. — Но да. Профессионально. Как ты?"

"— Хорошо. Нормально. То есть мне хотелось бы умереть. Но, кроме этого, все в порядке.

Он тихо рассмеялся и подошел ближе.

— Все будет хорошо.

Оливия предполагала, что ему идут свитера, но лишь потому, что никогда не видела его в пиджаке.