Гипотеза любви

 — Адам говорил тебе, что едва не вылетел из школы? Его отстранили от занятий. Он ударил парня, который утверждал, что Большой адронный коллайдер уничтожит планету.

— Интересно, почему ты не упомянул, что тебя отстранили за то же самое.

Холден пропустил его слова мимо ушей.

— Мои родители уехали из страны по работе и ненадолго забыли о моем существовании, и мы целую неделю жили у меня, играя в Final Fantasy. Это было великолепно. А то, что Адам поступал на юрфак? Об этом он должен был рассказывать.

— Технически я не поступал на юрфак.

— Ложь. Все это ложь. Он хотя бы сказал тебе, что был моим кавалером на выпускном? Это было феноменально.

Оливия посмотрела на Адама, ожидая возражений, но тот лишь слегка улыбнулся, обменялся взглядами с Холденом и ответил:

— Это было совершенно феноменально.

— Представь себе, Оливия. Начало двухтысячных. Пижонская, смехотворно дорогая школа для мальчиков в Вашингтоне. Два гея на весь выпускной класс. Ну, по крайней мере, два открытых гея. Мы с Ричи Мюллером встречаемся весь последний год… а потом он бросает меня ради какого-то парня, по которому сох уже несколько месяцев.

— Он был придурком, — пробормотал Адам.

— У меня было три варианта. Не пойти на выпускной и хандрить дома. Пойти одному и хандрить на дискотеке. Или попросить моего лучшего друга, который планировал остаться дома и хандрить из-за гамма-аминомасляных кислот, пойти со мной. Угадай, что я выбрал?

Оливия задохнулась от изумления.

— Как удалось его уговорить?

— В этом и суть. Я его не уговаривал.

— Смотри не привыкни, — хмыкнул Адам.

— Можешь в это поверить, Оливия?

Неужели Адам стал бы делать вид, что с кем-то встречается, только чтобы выручить этого человека в нелепой ситуации?

— Не могу.

— Мы держались за руки. Мы танцевали медляки. Мы заставили Ричи поперхнуться пуншем и пожалеть о своем жалком выборе. Потом мы пошли домой и еще немного поиграли в Final Fantasy. Это было круто.

— Как ни странно, это было весело, — почти неохотно признал Адам.

Оливия посмотрела на него, и ее осенило. Холден был для Адама как Ань для нее самой. Его главным человеком. Адам и Том тоже были близкими друзьями, но с Холденом отношения у него были другие, и… и Оливия понятия не имела, что ей делать с этой информацией."

"Может, стоило рассказать Малькольму? Это повеселит его, а может, доведет до безумия.

— Ладно, — сказал Холден, вставая. — Это было чудесно. Пойду выпью кофе.