Мышь

В каком-то смысле органичным для сути этой власти образом. Но для Москвы это было уже абсолютно неважно.

Как неважным было и то, что в километре от Кремля погибли обитатели Лубянки. Страшное ФСБ исчезло ровно так, как когда-то случайно предсказал Корней Иванович Чуковский.

После инцидента с безумным мужиком, который пришёл на Лубянку 19 декабря 2019 года, вопрос безопасности штаб-квартиры ФСБ был пересмотрен, и все правила усовершенствованы. Поэтому, после того как ФСБ получило первые сообщения о непонятных и кровавых событиях в московском метро, входы и выходы здания на Лубянке были закрыты.

Законсервированы.

За бронированными дверьми и зарешеченными окнами люди в сером почувствовали себя в полной безопасности. И, вероятно, всё бы могло для них обойтись лёгким испугом, если бы прямо перед тем, как двери окончательно закрылись, в здание не забежал молодой следователь. Вчера он обмывал повышение, проснулся с тяжёлым похмельем и поехал на работу на метро, решив не искушать судьбу и не садиться не протрезвевшим за руль.

Вместе с запахом перегара он принёс на работу и вирус Михайлина.

«Волки от испуга скушали друг друга», — писал Корней Иванович. Так и произошло, и было это малоприятным зрелищем. И было это, честно говоря, уже тоже неважно.

***Первый час после возвращения домой Костя и Сева провели почти в полном молчании, сидя на широком подоконнике в кухне. Каждые пять минут, а иногда и чаще, Костя писал в семейный чат.

Папа, ты где?

Мама, где ты?

Вы в порядке?

Мы дома

Мы волнуемся, когда вы придёте?

Мам?

Пап?

Отзовитесь!

…

Сначала сообщения никто не читал.

Потом они перестали отправляться.

Костя долго собирался и наконец, со слезами на глазах, спросил у Севы:

— Как ты… Думаешь, они в порядке?

— Надеюсь. Да… Мама обещала сегодня прийти пораньше… Может она где-то спряталась и пережидает. Может быть она уже в подъезде? Давай подождём.

Размышления брата немного успокоили Костю. Но сам Сева волновался, наверное, даже больше, чем его младший брат.

Он помнил, что папин офис находится в самом центре, где-то между «Павелецкой» и «Новокузнецкой». Машину они продали ещё год назад — папа очень радовался тому, что из его жизни исчезли проблемы парковки, траты на бензин, техобслуживание и КАСКО, — а значит, думал Сева, ехать домой он должен именно на метро. Ведь, кажется, такси в зомби-апокалипсис не ездят.

А что в метро?

А что в центре?"

"Этими мыслями делиться с Костей он не стал.