Эта горькая сладкая месть

Вот она, настоящая страсть! Но я понимаю Ксению – только любовь важна для женщины. Врачи сделали невозможное и спасли бедняжку. Надеюсь, что мы станем с ней подругами. Нам нечего делить, ведь мы любим одного мужчину и хотим, чтобы он был счастлив!

С этими словами Алина принялась вытряхивать на застиранное одеяльце фрукты, конфеты и деликатесы. Журналисты в ажиотаже скрипели перьями.

Бабы в палате прекратили умирать, даже тетка, заблевавшая весь угол, оторвалась от восхитительного занятия и уставилась на госпожу Кармен.

– Здесь всегда такая вонища? Не могу позволить, чтобы моя лучшая подруга страдала от ужасных условий.

Она бросила цепкий волчий взгляд в глубь сопровождавшей ее толпы и властным голосом приказала:

– Доктор!

Худенький мальчишка со стетоскопом на шее почтительно приблизился к даме.

– У вас есть приличные платные палаты? Юный Гиппократ кивнул:

– Да, но, к сожалению, очень дорогие. Алина всплеснула руками:

– Неужели думаете, что пожалею на Ксению денег! Валера, расплатись!

Бритоголовый вытащил из кармана толстенную пачку стодолларовых купюр и хрипло осведомился:

– Сколько?

– Не знаю, – растерялся врач, – надо внизу спросить, там же оплатите…

– Давай, Валера, – распорядилась Алина, – действуй.

Девочки со всех ног кинулись выполнять приказание. Тут же появилось кресло-каталка, куда с присюсюкиванием и причмокиванием поместили Ксюшу.

Алина окинула толпу сопровождающих царственным взором и заметила у двери ошарашенную санитарку. В мгновение ока певица выхватила у той швабру, ведро и со словами: ""Здесь ужасная грязь"" – принялась довольно неумело работать щеткой.

Вновь засверкали вспышки. Алина вернула швабру хозяйке и, уходя, сделала на прощание королевский жест.

– И правда, очень грязно, да и запах не из лучших, – прочирикала прима и гаркнула:

– Мишка, расплатись.

Второй бритоголовый мужик всунул санитарке сто долларов.

– Сделай милость, – очаровательно улыбнулась Алина, – убери блевотину.

С этими словами небесное явление улетело в коридор. Туда же побежали и спутники. В комнате остался только крепкий аромат парфюма, перемешанный с больничными запахами, да обалдевшая техничка.

ГЛАВА 21

Домой я добралась около девяти вечера и застала в гостиной катающуюся от хохота Машу.