Муж на сдачу, или Попаданка требует развода

Но Мотя вдруг оживилась:

— А помнишь, у нас по телевизору показывали, как пожарная машина с сиреной и мигалками ехала, а ей все дорогу уступали?

Я сразу уловила ход её мыслей.

— Думаешь сработает, если тебя вместо мигалки на крышу посадить, а я в окно вместо сирены орать буду? — уточнила ехидно.

— Не попробуем — не узнаем, — философски протянула Мотя и ловко выскользнула в приоткрытое окно.

Я метнулась за ней и с удивлением обнаружила свою кошку гордо восседавшей на крыше нашего скороезда. Как она туда забралась — одной Мау известно.

— Слушайте меня внимательно, кожаные! — провозгласила Мотя, выгибая спину. — Мой человек везёт меня в столицу на важную встречу! Освободите дорогу, если не хотите проблем!

— Так мост же разрушен, госпожа кошка, — тоненько крикнул из толпы мальчуган и тут же получил подзатыльник от матери.

— Детей бить нельзя! — рыкнула Мотя, и вся толпа синхронно отшатнулась.

— Не гневайся, госпожа кошка, — пробасил рослый мужик, снимая шапку и делая шаг вперёд.

Мотя, вжившись в роль повелительницы, величественно мурлыкнула:

— Не буду, если побежишь вперёд и скажешь всем двигать свои колымаги на обочины! Мостом я займусь сама!

Удивительно, но её приказ бросились выполнять сразу несколько мужчин. Остальные поспешно стали оттаскивать свои скороезды к обочине, расчищая нам путь.

Уже через пару минут Мотя активировала артефакт, и наш металлический коробок плавно покатил вперёд по расчищенному коридору.

— Разойдись! Дорогу! Всех хороших милостью одарю, а плохих покараю! — с явным удовольствием голосила Матильда с крыши, размахивая хвостом, как дирижёрской палочкой.

Я лишь вздохнула — ее кошачью тягу поорать дурниной мне приходилось терпеть и в своем мире. Приоткрыв окно, я отодвинула бархатную шторку и благодарно кивала пропускавшим нас людям, стараясь выглядеть максимально доброжелательной.

Таким образом мы медленно двигались около часа, пока крики наконец не стихли, а вереница скороездов не закончилась.

— Всё, дальше только ждать, пока мост починят.

— Ты же сама обещала починить, — напомнила я.

— Немного слукавила. Архитектура — точно не моё. Но там, у обрыва, есть постоялый двор, — деловито сообщила она. — Пойдём посмотрим?

— Пойдём, — обрадовалась я возможности размять ноги.