Московский Лес-4. Леса хватит на всех

Мы, лешаки, как поняли, в чём дело, решили это использовать.

- Это как? – удивилась Ева. Сама она, как и Виктор, не видела гигантского Отче-Дерева, возвышающегося на холме в Ховрино, знала о нём только из рассказов Бича со Студентом, да «партизан»-барахольщиков. И представление о его грандиозности, об ауре исконной мощи, распространяющейся оттуда на весь Лес, имела.

- Знаете, как к яблоне черенки прививают? – продолжал меж тем Гоша. – Мы поступили так же: расчистили самые мощные корни и привили к ним саженцы дубов.

- Да уж… - Виктор остановился, любуясь особо развесистым лесным гигантом. - Вашим дубам позавидует даже тот, пушкинский, с Лукоморья. Жаль, учёного кота нет.

- Почему же нет? - обиделся лешак. – А это, по твоему, кто, белочка?

Виктор глянул туда, куда указывал узловатый, словно высохший сучок, палец – и обмер.

- Кхм… - он на всякий случай сделал шаг назад и едва не запнулся о корень. – И ведь не поспоришь… А песни петь он умеет?

В ответ громадный кот издал глухое то ли урчание, то ли рокот – надо признать, не лишённые некоторой мелодичности.

- Умеет, как видишь! Он вообще у нас умный.

- А сказки? – поинтересовался Ева, не отводившая от саблезубой рыси взгляда. Виктор заметил, что рука её шарила в воздухе ища и не находя шейку приклада. - Сказки-то как, говорит?

- А то, как же! – физиономия лешака со скрипом изобразила улыбку. - Только не всякий их сумеет услышать. Вы вот, к примеру – не сможете.

- А ты?

- Лешак я, или где?

Баюну, видимо, надоело созерцать двуногих, по недомыслию забредших в его владения.

- Фу ты… - выдохнул Виктор. – Так и заикой сделаться недолго!

- Здесь, вообще-то, безопасно, ежели, конечно, не просто так явиться, а по приглашению, и без дурного умысла. – отозвался лешак. - Одно слово - парадиз.