Московский Лес-4. Леса хватит на всех

На плече у неё стволом вверх лежал карабин с раскладным прикладом в виде металлической рамки. Несмотря на весь ужас своего положения, Пако не мог не заметить, что женщина – скорее, девушка, вряд ли она старше двадцати пяти, - очень красива: чёрные, как смоль, волосы, гладкая нежная кожа, и даже старательно наложенный лёгкий макияж, контрастирующий со свежей царапиной на щеке. За её спиной возник белый мужчина, одетый в старомодную военную форму, с выцветшей добела пилоткой, украшенной металлической звёздочкой зелёного цвета.

- Ты кто, chico?[2] - спросила девушка, и юноша машинально отметил, что испанский для неё наверняка не родной. – И что с тобой собирались делать эти bastardos negros?[3]

[1] «Запрещённые барабанщики», альбом «Убили негра», 1999 г.

[2] (исп.) Чико - парень, мальчик.

[3] (исп.) Бастардос негрос - Черномазые ублюдки.

VI

Северная Америка,

Манхэттен.

Штаб-квартира банды Pirus.

Пока Пако приходил в себя, пока сбивчиво отвечал на первые вопросы, пришельцы умело зачистили от негров весь этаж торгового центра. Все они, к немалому его удивлению, оказались белыми – до сих пор юноша полагал, что их собратья имеют шанс выжить на Манхэттене разве что, в качестве рабов, да и то очень недолго. А тут – умелые, хорошо вооружённые и организованные бойцы, походя прихлопнувшие сопротивление подручных бокора и целого выводка зомби.

Кто эти беспощадные бойцы, как они сумели возникнуть из воздуха в отгороженной решёткой половине святилища культа вуду? Какая-то новая, никому до сих пор неведомая группировка? Диверсанты, вторгшиеся на Манхэттен из внешнего мира? Оставалось только гадать.

"Некоторая ясность появилась, когда по коротким репликам, которыми обменивались чужаки, Пако сумел опознать их язык. У себя на родине, в Аргентине, ему приходилось сталкиваться с уроженцами северных провинций, где немало было потомков русских эмигрантов, и теперь уверенно опознал некоторые слова, которыми те обильно уснащали свою речь.