Московский Лес-4. Леса хватит на всех

Там проплешины Мёртвого Леса на каждом шагу, никто и не удивится…"

"- Нет, не думаю. – егерь покачал головой. Места там, конечно, нехорошие, но люди нет-нет, да заходят. Да и от Савёловского вокзала оттуда не так уж близко - пленников надо гнать колонной, мало ли кто заметит, заподозрит чего? А на Соколиную Гору, в Мёртвые кварталы даже егеря не суются, да и железка под боком. Идеальное место!

- Пожалуй… - согласился путеец. – Это я не подумав, ляпнул.

Сергей помедлил, провожая взглядом крупный косяк рыбок.

- Слушай, не знаю, как у нас всё обернётся… короче, есть просьба. Ваш «Матрос Железняк» сейчас на ходу?

«Матросом Железняком» именовалась главная боевая сила сообщества путейцев – импровизированный бронепоезд, вооружённый крупнокалиберными пулемётами и спаренной автоматической зенитной пушкой. Он время от времени курсировал по самым проблемным участкам железнодорожных магистралей Леса, напоминая, кто тут хозяин. Во всяком случае – на дистанцию действенного огня с броневагона.

- Спрашиваешь! - оживился Лёха. - Как в песне поётся: «Наш бронепоезд стоит на запасном пути!..»

Сергей кивнул.

- Вот как раз запасный путь и нужен. Есть поближе к Соколиной какое-нибудь ответвление, ветка, куда его можно было бы загнать, и чтобы постоял там незаметно денька три-четыре?

- Найдём. А зачем?

- Говорю же – не знаю. Предчувствие у меня нехорошее. Прикинь, если эти сумеют всё же открыть «черовточину» на Соколиной, и оттуда хлынет всякая мерзость в товарных количествах? Клык на холодец, без вашей артиллерии не обойтись.

- Ясно. – кивнул Лёха. - Поговорю с нашими, сделаем. Да ты не волнуйся, Бич, всё будет в лучшем виде!

- Вот и хорошо. - егерь напоследок сплюнул в реку и отошёл от перил. – Тогда я пойду. Хоть высплюсь, а то мне завтра с утречка на шестьдесят этажей вверх карабкаться в полной выкладке.

- А ты салабонов напряги. – посоветовал Лёха.

- Не… - егерь покачал головой. – Надо поддерживать имидж. А то станут болтать, что Бич, мол, постарел, на пенсию пора – доказывай потом, что ты не верблюд…

Размеренно, в такт тяжёлым шагам, заскрипела лестница. Сергей обернулся – на площадку сбоку от путей, поднималась фигура в длинном, до пят, серо-зелёном балахоне.