Морозов. Книга 3

— Ты перепутала комнату? — внезапно севшим голосом спросил я.

— Я ведь неглупая, Миша, — она покачала головой. — Просто думала, что ты уже вернулся из склепа. А когда поняла, что тебя нет…

Водянова выгнулась и потянулась. Потом зевнула с невероятно приятным звуком, который издают кошки. Я неожиданно осознал, что лежу с красивой сонной девушкой в одной кровати. И при этом я совсем не одет. Натянув поверх себя покрывало, я неловко уселся.

— И зачем ты тут? — я откашлялся. — Что нужно?

— Фу как грубо, — Лилия ударила меня подушкой.

— Я это ценю, — потерев лицо, я посмотрел на гостью. — Но я устал. Совсем немного.

— Быть может, стоило позвать Маришку? — задумчиво уточнила девушка и в ее глазах колыхнулись фиалковые искры.

— Мне надо выспаться. Одному.

— А твоя гостья? Она уехала? — словно невзначай спросила Водянова.

Я наконец понял, что она лишь хочет казаться беспечной. А на деле напряжена.

— Было бы не очень хорошо, если она застала тебя в моей постели, — усмехнулся я.

— Брось. Никто в здравом уме не станет воспринимать секретаршу соперницей. И эта твоя певичка…

— Она не моя, — перебил я девушку. — Мы с Миланой друзья.

— А она знает об этом? — иронично уточнила Водянова.

— Знает. Мы обо всем договорились.

— Это ведь не она тебя бросила? — прищурилась сирена."

"— Никто никого не бросал. Милане нужен контракт с нами на русальную неделю.

— В какой день группа сможет выступить?

— Вроде как до пятницы у нас будет группа, а в выходные Милана покажет сольную программу.

— Это что-то новенькое, — оживилась девушка. — Она начинает карьеру одиночки?

Я кивнул.

— Хм, — Лилия задумчиво постучала пальцами по подбородку. — Значит, она решила разыграть тебя как козырь.

— Ты очень умная, — отметил я сдержанно.

— А ты благородный. Но это на пользу семье. Значит, можешь быть немного глупым.

— Но ты ведь пришла не для того, чтобы поставить меня в неловкое положение?

— Нет, Михаил Владимирович. Неловкие положения — это не ко мне.

Она усмехнулась только ей понятной шутке и потом откашлялась, прочищая горло.

— Звонили из Синода. Видео отсмотрели и заявили, что там много лишнего. Им придется кое-что подрезать.

— Кое-кого, — догадался я.

— Лукича и Лапина упоминать нельзя. Эти двое в приличном обществе считаются изгоями.

— Понятно.

— К тому же все упоминания монахов недопустимы.

— Ясно, — кивнул я.

— Пока они приведут все в порядок, тебя будут спрашивать о произошедшем.