Молчи обо мне

Почему все свелось к одному маленькому мальчишке с восьмью зубами и ямочкой на подбородке, как у Жени, которую я задумчиво тру пальцем, пока Хельг старательно «откручивает» пуговицу с моей рубашки.

Женя появляется через пару минут: я валяюсь на полу и запрокидываю голову на звук ее голоса. Снизу и вверх ногами она кажется совсем мелкой и на секунду как будто той самой женщиной, которую я без сожаления оставил на обочине своей жизни. Но стоит взять сына и перевернуться на живот — и она снова там, Черный пиджак. Неважно, что одета как уютная домашняя девчонка.

— Кофе в гостиной. Я не приношу посуду в детскую, но если тебе так удобнее…

— Спасибо, Жень.

Она ведет плечом, словно от внезапного сквозняка, а потом вкратце рассказывает, где и что лежит в комнате Хельга, когда его можно будет кормить и какие игрушки его самые любимые.

— Я взяла работу на дом, так что…

Наклоняется, чтобы пригладить взъерошенные волосы Хельга, и знакомый запах пряного меда с горечью проникает в меня сквозь ноздри. На секунду я снова непростительно вываливаюсь в прошлое: туда, где мог протянуть руку и дотронуться до нее, и все было просто, без изысков и фейерверков.

Тихо, без скандалов и криков.

— Не буду вам мешать. — Женя распрямляется, посылает Хельгу воздушный поцелуй и быстро уходит.

А я снова задумчиво тру ямочку на подбородке сына — единственное, что в нем от Жени.

И понимаю, что это будет очень тяжёлый вечер.

Но на следующие несколько часов я просто выпадаю из реальности."

"Мы с Хельгом сперва строим огромный замок из кубиков, который заселяем вырезанными мной бумажными солдатиками, потом сын с громким и счастливым улюлюканьем рушит хлипкую конструкцию, а я валяюсь на полу и просто смеюсь, потому что в этот момент он похож на индейца, который в одно лицо разбил на голову армию конкистадоров.

Потом мы долго выбираем книгу для чтения и, наконец, останавливаемся на «Рукавичке». Я впервые читаю что-то ребенку и впервые пытаюсь делать это в ролях. Получается не особенно хорошо, так что теперь уже Хельг громко и заливисто хохочет, когда я несколько раз фальшивлю роль Медведя не басом, а альтом. Украдкой включаю диктофон, чтобы унести с собой каплю сегодняшнего дня и слушать смех своего сына пока буду ждать новой встречи.

Мы еще рядом, но мне пиздец, как больно от одной мысли, что за окном уже стемнело, а значит скоро Женя укажет мне на дверь. Скорее всего — до следующих выходных.

А самое поганое в этом всем то, что я не заслужил всего этого.