Его тайные наследники

Точь-в-точь такой же был и на ребятне. Мило.

Надя смущённо прятала лицо в волосах, даже не смотрела на меня. Понятное дело, догадалась, что это я. Согнувшись, быстро подбежала к сыновьям, стянув с моих колен сначала одного мальчонку, затем второго.

— Идёмте, быстрей, у дедушки… — голос сбивается, — много дел.

— Всё как обычно!

— Егор, не капризничай! Вперёд шагайте, быстро. Посмотрите, какая большая очередь! Все хотят поговорить с дедушкой.

Подталкивает в сторону выхода, но они упираются. Характерные — не то слово! Не представляю, как до сих пор держится, да и вообще справляется.

Я просто знаю, сам был таким. Один в один. Отец меня даже порол, да на горох ставил, но даже это не помогло. Пришло время, изменился, оставив баловство.

— Так делать нельзя! Вы влезли без очереди и всех растолкали! Я огорчена! Два дня без мультиков.

— Ты не дала нам сказать главного, мама! — в отдалении уже слышался плачь. Вскоре они скрылись из виду.

И почему у меня резко пропало настроение, когда они ушли?

Оставшееся время я всё делал с тяжестью в душе и на каком-то автомате.

Два часа прошло. Фух, отмучился.

Вошёл в комнату отдыха, скинув с себя красное пальто и дурацкую бороду, упал на диван, глубоко выдохнув.

Нет, дети — точно не моё. Чего я только не наслушался за эти два часа. Всю энергию из меня высосали, не помню, когда в последний раз так упахивался.

Начал невольно клевать носом, засыпая, неожиданно зазвонил мой телефон.

Да ладно!

Какие люди!

Даже глаза кулаками потер — и мало ли я сейчас сплю.

Потому что на экране мигал номер… Нади.

Вот это поворот!

Надежда Сергеевна…

Госпожа Колючка!

Сама мне звонит.

Мои губы растянулись в самодовольной улыбке, я тюкнул пальцем по экрану, приняв вызов:

— Ну ничего себе! Какая честь! Надежда… Мне это снится?

— Язвите, Тимур Владимирович?

Захотелось чуток над ней поиздеваться. Позадирать. Обожаю, когда Наденька злится. Меня это заводит. О, да!

— Я? Да никогда! Я вообще добрый и пушистый, — давлюсь смешками.

— Я… — девушка замешкалась. — В общем… помогите мне.

И тихонько, с жалостью добавила:

— Очень нужно.

Ну я почти растаял. Вот как это так? Как они это делают?

Стоит только слезу пустить, и голосок несчастный из себя выдавить — да хоть звезду достану с неба, не вопрос.

Женщины…

— Слушаю тебя внимательно.

— Мои мальчики… Очень сильно расстроились. Прям очень. Никогда ещё себя так не вели.