Моя простая курортная жизнь. Том 2

— Ну присаживайтесь, — Геля гостеприимно показала на пустую первую парту в центральном ряду, которую почему-то никто не рвался занимать.

— А можно я сама решу, куда садиться? — капризно протянула Влада. — И с кем, — добавила она, покосившись на меня.

Да как будто я рвусь с тобой сидеть. Обогнув ее, я молча занял свободное место.

— Куда и с кем, — с легкой иронией произнесла Геля, — ты будешь решать в свободное время. А сейчас ты наказана. Садись уже.

— Вот уж реально наказание… — проворчала эта звезда, плюхаясь на соседний стул со мной.

— И за что тебя, Ром? — игнорируя ее, спросила классная.

— Опоздал.

— Ангелина Алексеевна, — внезапно раздался дерзкий девичий голос с одной из средних парт у окна, — а почему у меня не спрашиваете, за что я здесь?

И хотя с обладательницей этого голоса лично я не разговаривал ни разу, я ее прекрасно знал. Да что там, Валентину знала вся школа. Спортсменка, красавица и главная бунтарка Восточной Старшей, регулярно вступавшая в конфликт с Императрицей и регулярно огребавшая за это.

Весь ее вид словно бросал вызов школьным правилам: пирсинг на ушах и носу, агрессивно-черные волосы, яркий лифчик под белой тканью блузки и татуировки, густо разбросанные по всему телу — по слухам, не только в видных, но и в не видных случайному зрителю местах. Прямо не девушка а произведение искусства, попасть в постель к которой все равно что сходить в галерею: точно найдешь, на что посмотреть. Стоило ли удивляться, что желающих было до хрена. Говорят, каждый день ей в личку падает по полсотни дикпиков. А еще говорят, что она и вживую их уже повидала не меньше.

Словом, Валентина была плохой девочкой во всех смыслах, и если мое появление в этом классе еще вызывало вопросы, то ее присутствие казалось абсолютно естественным — она будто была создана для кабинета наказаний.

— Да после твоих первых ста раз уже и спрашивать смысла нет, за что ты здесь, — усмехнулась Геля. — Да и вряд ли ответы могут хоть кого-то удивить.

Закончив беседу, моя любимая учительница уткнулась в свой смартфон, всем видом показывая, что заниматься в этом кабинете можно чем угодно, а ей плевать.

Часть узников последовала ее примеру, однако большинство предпочло живое общение — дружно обсуждая одну и ту же уже изрядно поднадоевшую за день тему. Но, в конце концов, у всех была только одна причина пребывать тут — и звали ее Императрица. Правда, здесь ее звали и покороче: сука. Геля в эти моменты еле заметно ухмылялась и замечаний никому не делала.