Моя простая курортная жизнь. Том 2

Надо же, как кто-то расстарался: целую презентацию сверстал для своей дорогой соседки. Внезапно после череды четких изображений на стене появился снимок в блюре — размытый так густо, что на нем лишь отдаленно угадывались два силуэта среди огней вечернего города. Глядя на них, Императрица прищурилась еще злее.

— А это то, что ты предпочла забыть, — сообщил фоном голос. — А я вот помню.

Затем по стене размазалась еще одна заблюренная картинка, где уже вообще сложно было хоть что-то угадать. Кроме фона — здесь некое действо происходило в ночи.

— И об этом ты хотела бы забыть. Но раз я помню, то напомню и тебе. Не забыть про это, — следом появилась еще одна фотка в плотном блюре, — и не забыть про это…

Под эти приговорки снимки проносились вереницей, замыленные так мощно, что на них уже, в принципе, ничего было не разобрать. Лишь нечеткие яркие пятна, за которыми не читался даже фон. Чем дальше, тем больше это напоминало издевку.

— И уж точно невозможно забыть про это, — вещал голос, являя очередную мутную фотку.

— Да ты только посмотри на это! Как про это вообще можно забыть?

Ах, какой широкий жест. А нельзя было это кино показать локально — только конечному, целевому зрителю — и не доводить до сведения всех остальных?

— Офигенный парень, — выдала Даша, потягивая рядом пунш. — Смотри, сколько для нее сделал…

И что сделал? Последовательность фоток в презентации и заблюрил их? Молодец — любой дурак это сделает.

А под конец его креатив совсем зашкалил, и на стене появился скрин чата с заблюренной перепиской, как бы намекая, что большая часть этой несомненно милой дружеской беседы не для посторонних глаз.

Содержимое всех баблов было размыто, нетронутыми остались только два последних сообщения: его «А может, я возьму и приеду?» и ее «А может, ты пойдешь на хер.» Причем в конце был не вопросительный знак, не восклицательный, не многоточие, а простая, самая обыкновенная точка — видимо, она и вдохновила его на этот видеошедевр.

— А я не забуду, — сообщил за кадром голос этого клоуна.

— Потому что дорогих тебе людей надо помнить…

После чего на стене появился новый слайд — самый лаконичный из всех: просто черные цифры на белом фоне.

— А вот эта последовательность цифр называется телефонный номер. Не можешь запомнить, забей себе в телефон, и он запомнит за тебя. Ты же любишь, когда все делают за тебя. Так что пользуйся и не забывай…

— Не лучшая затея — выносить личное в публичное, — пронесся в голове надменный девичий голос.