Моя. Никому не отдам

Ведан покачал головой.

– Ты сумасшедший! Почему никому не сказал, куда отправляешься?

Стокл пожал плечами.

– Это было моё решение.

Пришла очередь Ведана скривить губы.

– Императоры решений не объясняют?

– Вот-вот! Побывав в моей шкуре, понимаешь, о чем я говорю?

– Мы отвлеклись. Что произошло после того, как ты сорвался?

– Я очнулся в объятиях амазонки, – как можно беззаботнее проговорил Стокл. Но он забыл, что его собеседником был самый близкий человек, которого сложно ввести в заблуждение.

– Мне кажется или не у одного меня проблемы с женщинами?

Стокл сделал глоток вина и приглушенно засмеялся.

– Так, значит, я был прав, и та блондинка в твоей кровати…

Истинный император не договорил, потому что глаза Ведана потемнели, а взгляд стал более жестким.

– Стокл, не надо.

– Понял."

"– Сейчас не лучшее время, чтобы обсуждать Арию, – чудесное возвращение брата отвлекло Ведана от тягостных дум.

– Вот и про свою амазонку я могу сказать тоже самое, – сказал Стокл и неожиданно ударил кулаком по столу.

– Это ты сейчас про кого? – Ведан не смог удержаться от легкой иронии.

– Про Лию, девушку, которая меня спасла и выходила, – Стокл быстро осушил бокал и налил себе ещё вина. – У меня были множественные переломы, в том числе, и позвоночника. Можно сказать, она собрала меня по частям. Выходила. Я не знаю, каким чудодейственным настоем она меня поила, но раны заживали на глазах. Да и кости срастались быстрее обычного. Она меня поставила на ноги….

Брат замолчал, устремив взгляд в сторону окна.

А вот это уже интересно. В отличие от Ведана, Стокл менял фавориток едва ли не каждый месяц, и за ним закрепилась слава любителя женщин. И он на самом деле их любил. Даже, можно сказать, боготворил. Он восхищался женской красотой и восхвалял её. Шутя говорил, как он может остановиться на одной красотке, когда вокруг столько «вкусных дамочек» ходит.

Но сейчас всё изменилось.

– Расскажешь потом про ваши отношения с Лией, что-то мне подсказывает, что они не просты. Ты мне лучше скажи, почему не возвращался всё это время! Не мог же ты лежать со сломанными ребрами три года!

– При падении я хорошо приложился головой, и потерял память. Я ничего не помнил, Ведан. Ни кто я, ни откуда пришёл. Неприятное ощущение, я хочу сказать.

Брови Ведана приподнялись к верху.

– И ты вспомнил, кто ты….

– Месяц назад.