Дядя самых честных правил 11

Наши добрые отношения явно не нравятся императрице, и наследник мог сыграть на публику. С другой, разговор мог быть вырван из контекста или неверно понят. С третьей, откуда я знаю, что человек-мышь не ведёт двойную игру? Я слишком мало с ним знаком и пока не могу принять на веру всё, о чём он докладывает. Так что надо перепроверить эти сведения через другие источники, а ещё лучше навести прямой контакт с Павлом и узнать напрямую. Осталось только придумать, как это сделать.

* * *Задумчиво крутя письма в руках, я спустился в столовую.

— Что-то ты рано сегодня, Костя.

Настасья Филипповна, как всегда, вставала засветло, зная мои привычки. Но сегодня она даже не успела начать накрывать на стол мой ранний завтрак.

— Письмо от Лукиана пришло, — я показал ей сложенный листок. — Пишет, что радуется тишине в Злобино, никто не мешает ему размышлять о вечном.

— Тьфу ты! — ключница поджала губы. — Не мешают ему! А перед отъездом всё просил, чтобы я рябиновки оставила, дабы ему не сильно грустилось. Так и знала, что врёт старый хрыч.

Она прищурилась, подбирая слова.

— Если будешь ему ответ писать, Костенька, то скажи, что мы кой-как вспомнили, что за Лукиан такой. Так и напиши, что о нём даже не думали и кланяться ему не велели. — От досады она аж притопнула ногой, но тут же опомнилась. — Ой, что же это я! Сейчас, одну минуточку, кофия тебе принесу. И потороплю, чтобы завтрак быстрее стряпали.

Настасья Филипповна умчалась на кухню, а в столовую вплыла Марья Алексевна. Княгиня выглядела невыспавшейся и слегка недовольной.

— Доброе утро, Костенька. А что это за «дзынь» такой был?

— Дзынь?

— Ну да, в эфире, — она строго посмотрела на меня. — Будто у тебя какой-то артефакт сработал. Где-то полчаса назад или чуть больше. Я аж проснулась от неожиданности.

— Прошу прощения, Марья Алексевна. Кажется, вас разбудил сработавший телепорт.

Княгиня удивлённо подняла бровь.

— Лукиан прислал письмо."

"— Вот как? И что пишет этот старый развратник?

Чтобы не пересказывать во второй раз, я просто отдал ей письмо некроманта.

— Ты же будешь ему слать ответ, Костенька? Тогда напиши, что мы с облегчением выдохнули после отъезда. А атмосфера стала такой лёгкой, что нам даже окно не приходится открывать для проветривания.

Я кивнул, пряча улыбку.

— А это что? — княгиня кивнула на бумагу от Акакия Акакиевича.

— Доклад одного сударя из Петербурга. Я как раз хотел обсудить его с вами.