Дядя самых честных правил 11

— Ох! Етить тебя за ногу!

Огромный Знак, брошенный мной на стоянку мёртвого племени, жахнул, будто взорванный пороховой погреб. А поднявшийся столб пламени упирался под самые облака. Опричники, побросав все дела, собрались у меня за спиной и наблюдали за огненным зрелищем.

— А долго оно будет гореть, Константин Платонович? — спросил Харитон."

"— Примерно час, может, чуть больше.

Я не пожалел эфира, напитывая огромный Знак Огня, но прикрутил к нему несколько замедлителей, чтобы пламя выжгло всё чёрное колдовство.

А когда догорит, я накрою это место оползнем и погребу глубоко под землёй.

В огне что-то ухнуло, и языки пламени на несколько мгновений окрасились в фиолетовый цвет. А в небо стал подниматься густой чёрный дым, по которому пробегали короткие яркие молнии.

И в тот же момент зазвенел «сторожок» на «ловчей сети».

Мне хватило секунды, чтобы закрыть глаза и найти сработавшую сигнальную нить. Ага! Вот она, тварь!

В десяти верстах от лагеря эфирная «бахрома» колыхалась и дёргалась.

Что-то огромное, размером с два дормеза, хаотично металось из стороны в сторону. Вендиго? Вот же ж здоровенная гадина! Судя по всему, я не зря сжёг «спираль» — из твари хлестал эфир, словно кровь из раненого зверя.

— Дмитрий Иванович, мы с тобой едем на охоту. Возьми пару лошадей и оружие.

— А можно я картечницу возьму? Не зря же мы её взяли.

— Бери что хочешь, только быстро. — Я обернулся к Харитону. — Вы остаётесь здесь. Из лагеря ни ногой!

— Константин Платонович, как же мы вас без охраны оставим⁈

— Вы будете мне мешать.

Всё, никаких возражений, сидите здесь и ждите.

Был бы здесь Камбов, он бы отправил с нами эскорт даже против моей воли. А Харитон спорить не решился. Щёлкнул каблуками, кивнул и выполнил приказ.

* * *Вендиго не стал нас дожидаться и рванул прочь, куда-то на северо-восток. Но «ловчая сеть» уже не требовалась — Киж почуял магическую тварь и встал на след. Мы едва поспевали за ней, но тварь явно слабела и двигалась всё медленнее и медленнее.

Мы преследовали её остаток дня и всю ночь, сделав пару коротких привалов. И вот наутро следующего дня наконец догнали.

— Какая же мерзость, Константин Платонович!

Киж скривился, когда мы наконец смогли разглядеть тварь. И я был с ним полностью согласен.

Огромная человекообразная фигура, бегущая на четырёх конечностях. Выпирающие кости обтянуты грязной шкурой, по которой стекали капли густой чёрной жижи.