Моя девочка (СИ)

— Даш, — женщина тут же изменилась в лице и тяжело вздохнула. — Ты вчера ничего толком не ела. Таким образом, ты желудок себе испортишь, а Олег Владимирович потом будет ругать меня.

Ну вот и снова… Даша ведет себя, как эгоистка, а страдают другие люди. Сначала отец, мама… Теперь Олег. Своих насильников Даша не жалела, хоть и не считала, что их вина соизмерима с полученным наказанием. А вот дочек Рината было жалко. И теть Зину… Очень жалко. Да и Лизку жалко, чего уж там… Они ведь все ни в чем не виноваты. Потерять близкого человека — ужасно.

Да, она должна все ему рассказать. Он вправе знать, что она за человек. Ради кого на самом деле он едва не совершил убийство. Или, возможно, даже совершил… Если бы только она рассказала ему всю правду раньше! Но ведь она не могла рассказать! Никак не могла.

— Идем, Даш, — продолжала уговаривать её Надежда. — Хоть просто чай попьешь? Или компот тебе сварю? С желудком шутки плохи.

— Хорошо, — снова постаралась улыбнуться ей девушка. — Я сейчас спущусь.

* * *Время до вечера летело так быстро, что Даше казалось, будто кто-то специально тайком от нее постоянно переводит часы вперед. Она старалась больше не думать о предстоящем разговоре с Олегом, обреченно приняв свою участь. Сегодня он узнает всю правду о ней, и… Девушке даже страшно было представить, как он отреагирует. Вряд ли станет высказывать вслух всю степень своего разочарования, слишком уж он благороден для этого, но как раз именно это и пугало Дашу больше всего. Скорее всего, ничего не скажет, но то, что он почувствует… Он никогда уже не будет относиться к ней, как прежде.

Мужчина вернулся домой раньше обычного, как ни в чем не бывало, прошел в столовую, где Надежда с Дашиной помощью уже накрыла ужин, и тактично удалилась.

— Приятного аппетита, — сухо пожелал Олег, бросив короткий взгляд на Дашу, после чего они какое-то время ели в молчании.

Точнее, Олег ел, а Даше кусок в горло не лез.