Мой родной чужой

Лара стояла ко мне спиной и что-то готовила, сковородка шипела раскаленным маслом, вокруг распространялся аппетитный аромат. Пару минут я просто любовался женой, ее плавными формами, аппетитной круглой попочкой, которую так безжалостно обтягивали шортики. Я даже сглотнул. Черт, как же хочется прямо сейчас схватить эти волшебные округлости, сорвать эту микротряпочку, оголить их. С каким наслаждением я шлепнул бы по ягодицам, чтобы кожа порозовела и стала похожа на самые сладкие ягодки в мире.

В паху уже стало тесно, и я понял, что с трудом сдерживаю себя, чтобы не нагнуть жену прямо здесь, на кухне.

"— Подожди до ночи, — мысленно осадил я дружка и подошел к жене. Обнял, легкий поцелуй в шею — и Лара прижалась ко мне всем телом. Ее восхитительная попка потерлась о мой пах. Чтобы не зарычать, я слегка прикусил кожу у основания ее шеи. Сколько лет прошло, но Лара все так же сводит меня с ума. Наверно, мне никогда не насытиться ею.

— Ты сегодня рано, — заметила жена, подставляя губы для поцелуя.

— Соскучился.

Я с жадностью припал к ее губам, рука сама потянулась к ее груди, сжала, а большой палец начал теребить сосок, который тут же среагировал на мою ласку. Знаю, сейчас Лара меня осадит, напомнит, что в доме дети и они могут войти в любую секунду, но все равно не смог себя заставить остановиться.

Удивительно, но жена сегодня невероятно отзывчива. Она выгибалась в моих руках и даже стонала мне в губы.

— Мама! — донесся крик Дашки и ее топот по лестнице.

Я с огромным сожалением отстранился от Лары, но отвести взгляд был не в силах. Ее щеки пылали от стыда, а в карих глазах столько возбуждения и неприкрытой страсти, что пожар в штанах усилился. Моя нежная, сексуальная девочка, что же ты делаешь со мной?!

— Мама, — торнадо под кодовым именем “Дарья” ворвалось в кухню, — на следующих выходных наш класс едет на экскурсию.

— Поедешь, — согласился я. Все, что угодно, лишь бы она только ушла и я мог снова запустить руку в трусики жены.

— Спасибо, папа! Ты самый лучший во всем мире! — Дашка повисла на моей шее, расцеловала в щеки, я же пытался держать дочь на расстоянии.