Мой любимый враг

Я хотел сказать тебе раньше, но все ждал и надеялся… Амели красива и умна, сынок, но на твоих плечах лежит ответственность за целый мир!

В голове звенело, а в горле пересохло. Из питья на столе было лишь вино, и я проигнорировал графин. Перед внутренним взором стояла Амели. Дрожащая от моих прикосновений, хрупкая и легкая словно перышко. Омут ее темных глаз завораживал даже сейчас, в фантазиях, а что со мной было наяву…

— Я не женюсь на Орнелии, — поднявшись с кресла, едва мог стоять на ногах, которые вдруг стали ватными.

— Прости, что разочаровал тебя. Я не женюсь на Орнелии, отец. Я никогда не предам ту, что предназначена мне судьбой.

Ярость, загоревшаяся в глазах лорда, еще совсем недавно сковала бы мое сердце священным ужасом. Только не сейчас, когда все мои чувства стали острее кинжала. Не дожидаясь гневной тирады, выскочил из кабинета, на ходу срывая с жилета нашивку с вензелем двора. Черный дракон в обрамлении красных стрелочек, олицетворяющих солнце. Мама когда-то рассказывала мне, что этот знак означает свет, который ведет наш род на протяжении веков.

Количество стрелочек вокруг дракона равно количеству правителей, которые когда-либо стояли во главе Дралаеса. Вензель уже готовились переделывать в ожидании нового лорда из рода Еурустед…

Что ж. Видимо, вокруг черного дракончика никогда не появится пятнадцатый по счету луч. Какой там вензель у двора Арнеля? Впрочем, все равно.

Я выскочил за ворота и осмотрелся. В какую сторону лететь и где искать Амели, не имел ни малейшего представления, но кровь кипела и грозилась спалить меня изнутри, если я сдамся вот так просто.

Стражи позади меня появились бесшумно, они даже сняли гремящие части формы — остались в черных комбинезонах с капюшонами.

— Эй! — воскликнул, когда один из них схватил меня за плечо и развернул к себе. В следующее мгновение голову пронзила боль от удара чем-то тяжелым, и сознание уплыло в темноту.

В себя пришел, видимо, нескоро, потому что ноги затекли, я их практически не чувствовал.

Попытался пошевелить рукой, и звон цепей, отразившись от стен, пронесся по помещению. Приоткрыл глаза и слабо застонал, вспоминая это место.

Подвальное помещение, выточенное в камне, всегда было сырым, потому что прямо под ним и вокруг него простиралось болото. Каморка метр на метр, одна из стен которой была решеткой из толстых железных прутьев такой искусной работы, что разогнуть их не хватило бы даже силы дракона.