Мой личный ад

Боковушка у туалета, заколебали шататься все.

— Бедняга, — хихикнула Оля. — Я тоже не спала. Сестрица с хахалем фыркали полночи, как кролики.

— Сексом что ли занимались?

— Ага.

— Аха-ха-ха, не повезло, зай. Сочувствую.

— Да полно. Зато не пропустила смску твою. Кстати, готовься, будем спать на уууууузеньком диванчике, — тараторила она, все больше и больше привыкая к теплу, которое усмиряло волнение.

— Оль, я неделю спал в палатке, почти на голой земле. Не пугай меня диванчиком, — ухмыльнулся Гриша, поглаживая ее ладонь большим пальцем.

— Ты… у тебя… Все там хорошо прошло?

— Нормально, — пожал он плечами. — Живой ведь.

— Ну да, — потупилась она и, не желая напрягать его расспросами, сменила тему. — Что за наряд вообще? Еще бы я тебя узнала! Где кожаный плащ и гриндерсы?

— Так удобнее. Стараюсь не выделяться, когда путешествую.

Оля метнула взгляд на его кроссовки, джинсы и ветровку, совершенно обычные. В таком виде Гриша казался ей до боли нормальным. Еще не определившись, захочет ли она вытащить из этой оболочки Бена, она снова притихла, глядя в окно на туманный утренний Питер.

Выйдя из троллейбуса на нужной остановке, они быстро дошли до дома, и Оля довольно выдохнула, оказавшись в тепле квартиры. Она приложила палец к губам, кивнув на дверь кухни. Ее гость тихо разулся, отдал ветровку, прошел по указанному направлению, поставил на пол рюкзак и уселся на краешек разобранного дивана, как бедный родственник.

Олю осенило.

— Гриш, голодный? Хочешь чего-нибудь?

Готовила она паршиво, но в такой ситуации, наверное, и не требовалось ничего изобретать сложнее бутербродов.

— Не-не. Есть не хочу. Чайку бы. И покурить. Можно? — отрывисто и растерянно выдавал слова Гриша.

— В окошко, — кивнула Ольга, зная, что Миша не против таких дел, но не забыла и удивиться: — Ты разве куришь?

— Когда нервничаю, — честно признался Птицын, затягиваясь и выдыхая дым в открытое окно.

— Из-за меня? Или вообще?

— Что?

— Из-за меня нервничаешь или вообще?

— Из-за тебя, — кивнул Гриша, чуть улыбаясь, — и вообще.

Оля оставила его реплику без ответа, повернувшись к вскипевшему чайнику. Она разлила чай в кружки, поставила на маленький столик у дивана. Едва выкурив половину сигареты, Гриша закрыл окно, снова присел, протягивая руки к чаю, отхлебывая, ставя чашку на место.

У него был такой потерянный вид, что Оля не выдержала.