Много шума из косметички

– Привет Дженнифер Лопес! – крикнула на прощание Вера и остановила удачно подвернувшееся такси.

– Куда едем? – поинтересовался водитель, плотный дядька лет пятидесяти.

– Пока – вперед, и побыстрее! – ответила Вера.

Она откинулась на сиденье и задумалась.

Только что ей совершенно случайно удалось избежать серьезной опасности. Однако нельзя и дальше рассчитывать на такое везение.

Из случая в торговом центре можно сделать один вывод – кем бы ни были люди в черном, у них есть только приблизительное описание ее внешности.

– Так куда едем? – напомнил о себе водитель.

– Пока прямо, – повторила Вера и огляделась.

Внезапно она почувствовала какую-то смутную тревогу. Она попыталась понять, что ее насторожило, и заметила в зеркале заднего вида темно-зеленую машину. Эта машина следовала за ними как приклеенная. Чтобы проверить свои подозрения, Вера велела водителю свернуть направо – и темно-зеленая машина последовала за ними.

– Видите ту машину? – обратилась она к водителю. – Попробуйте от нее оторваться!

– Зеленый «Ниссан»? – уточнил тот. – А чего ему от тебя надо?

Вера промолчала.

– Ну, не хочешь говорить – твое дело! – водитель пожал плечами и прибавил скорости. На ближайшем светофоре он затормозил и включил аварийку. Сзади засигналили, но водитель стоял, поглядывая на светофор.

Зеленая машина дернулась было следом, но на перекресток уже выехали встречные машины. Верин водитель прибавил скорости, свернул на следующем перекрестке, еще раз свернул и наконец притормозил и повернулся к пассажирке:

– От «Ниссана» мы оторвались. Может, все же определишься, куда теперь?

– Спасибо, здесь я выйду! – неожиданно решила Вера. Она заплатила водителю вдвое больше обещанного, выскочила из машины и скрылась в дворовой арке.

Пройдя проходным двором, вышла на параллельную улицу, смешалась с толпой и направилась к станции метро.

И тут кто-то ухватил ее за локоть.

– Здравствуй, Вера!

Вера дернулась, попыталась вырваться и убежать… и вдруг узнала остановившего ее человека.

Это был Георгий Константинович, тот врач, который лечил ее маму. Он не только лечил ее – их связывала многолетняя дружба, и мамину смерть врач переживал как личную утрату.