Много шума из косметички

 – Наркоманка? Почему наркоманка? Вы же говорили, что вскрытие не проводили?

– Не проводили, – подтвердил он, – но я-то труп видел. Левая рука не сильно обгорела, правду Паша сказал. Так вся эта рука в следах от уколов. Когда Васька Груздев, сын Степана Степановича, от передоза помер, у него такие же следы были… раньше-то такого в помине не было, а сейчас чуть не каждый второй от этой дряни загибается…

Надежда Николаевна слушала собеседника вполуха.

В голове у нее крутились разнообразные соображения, связанные с прошлогодней аварией.

– Может, останешься? – сердобольно спросила мать. – Уморилась сегодня…

– Нет, мама, у меня завтра дела. Нужно встречу одноклассников организовывать, давно не виделись…

В машине соседа Надежда тотчас заснула. Сосед не обиделся, он от природы был человек молчаливый, ему еще и лучше, что никто в дороге языком не метет.

Следующую ночь Вера проспала без сновидений и проснулась поздним утром, отлично выспавшись.

Вчерашние ужасные события немного померкли. Хотя, конечно, она помнила жуткую сцену в китайском ресторане, но теперь справилась с паникой и могла спокойно рассуждать."

"А самое главное – такое в ее жизни уже было год назад, она уже стояла над трупом Лидии, а в итоге та оказалась жива…

Вера, конечно, не понимала, как такое может быть, но второй раз одна и та же сцена подействовала на нее не так убийственно. Может быть, и на этот раз Лидия уцелела?

Вера поднялась, приняла душ.

Соседки в квартире не было – видно, уже ушла по делам. Зато на кухне стояли банка растворимого кофе, сахарница и вазочка с печеньем, и на столе лежала записка:

«Бери что хочешь».

Воспользовавшись этим любезным предложением, она напилась кофе с печеньем, и жизнь стала казаться ей вовсе не такой безнадежной, как накануне.

Первым делом ей нужно было хоть с кем-то поговорить. С кем-то из своей прежней жизни, с кем-то, кто знает, что случилось год назад.