Чехов. Книга 11. Трофей некроманта

— А знаете, Павел Филиппович, мне вдруг стало очевидно, что тут не о чем жалеть. Вместе с этой фамилией я потеряла столько ненужных обязательств! У меня ведь никогда не было настоящей свободы. Много лет я пыталась доказать отцу, что чего-то стою. Надеялась, что он будет мной гордиться… А теперь, отказавшись от фамилии, я стану по-настоящему свободной. Я сама буду решать, как мне жить, что делать и за кого выходить замуж. И даже если я решусь стать чьей-то супругой, то не потому, что у меня богатое приданое и важная фамилия.

Разве в этом есть что-то плохое?

— Думаю, что нет, — признал я. — Но сейчас вы поддаетесь эмоциям.

— Не мешайте мне наслаждаться моментом, мастер Чехов!

Мы прервали беседу для того, чтобы отпить чай, и затем я рассказал о встрече с Морозовым, умолчав о важных деталях нашей работы.

— То есть, Морозов желает дать мне свою фамилию? — пораженно уточнила девушка.

Ее щеки даже покраснели от этой новости. Княжна встала на ноги и прошлась по кабинету. Расстегнула пиджак, словно ее неожиданно бросило в жар.

— Вам жарко? — поинтересовался я. — Мне открыть окно?

— Не каждый день посторонний человек предлагает мне вступить в его семью, — рассеянно покачала головой Елена. — Я же не глупая и понимаю, что все это делается не просто так. Мне придется заплатить.

— Только преданностью нашему делу, — осторожно пояснил я. — Никто не станет требовать от вас брака по расчету или чего похуже.

Елена Анатольевна затравленно взглянула на меня, словно я только что ее ударил. А потом тряхнула головой, прогоняя с лица это выражение.

— Вы можете отказаться. Никто не заставляет вас становиться Морозовой, — сказал я. — Однако клятву верности семье придется дать. И было бы уместнее, если бы вы это сделали, будучи частью княжеской семьи.

— В случае, если я не буду вам равной по положению, я стану вашей слугой, — задумчиво продолжила за меня девушка.

Я развел руки и просто произнес:

— Вы знаете законы! Я не хочу от вас ничего скрывать.

— Это слишком заманчиво, чтобы быть правдой, — хмыкнула Свиридова.

— Если бы я не знала, что Морозовы способны на такие фокусы, то не поверила бы в честность предложения… Но я была с вами на охоте и собственными глазами видела, как этот старик вышел и встал против Мининых, которых было в разы больше вас. Он заявил, что влюблен в вашу бабушку. Знаете, я никогда не думала, что кто-то из дворян может так легко в этом признаваться на виду у всех. На глазах самого императора. Подобное мне всегда казалось слабостью.