Мне (не) скучно (СИ)

Что сказать? Что? Что он дурак? Так она и так это знает. Что он, захотел лёгкости и секса без обязательств и теперь потерял все?

Что он может сказать Ляле?

Честно говоря, он ждал от неё звонка. Или хотя-бы сообщения. Ведь привезла она ему вещи в больницу? Значит не безразличен? Или это ничего не значит?

Сейчас, имея кучу свободного времени, он вспоминал. Все то, что у него было в жизни. И что он, так легко потерял. Даже не так… От чего он сам, отказался.

Каждый раз, вспоминая о жене, он чувствовал тоску. Понимая, что Ляля не простит его, он чувствовал как его наполняло отчаяньем.

К концу третьего дня, к нему пришла Люба.

— Привет… как ты? — в её глазах плескалась жалость.

— Нормально… — пробурчал он, отворачиваясь.

— У меня для тебя, три новости. И только одна, хорошая. С чего начать?

— Все равно… — он безразлично пожал плечами.

Люба посмотрела на него, долгим взглядом и кивнув, продолжила. — Ляля нарыла компромат на твою Марину. Благодаря этому, она заговорила.

Люба тяжело вздохнула и поморщилась, — Ох, Матвей… Живёшь вот так, живёшь и даже не знаешь, какое г@вно тебя окружает.

Побарабанив по столу пальцами, она достала несколько листов из папки.

— Тебя ещё, конечно опросят и в суде придётся выступать. Мы, тебе адвоката нашли хорошего. Ты, получается, пострадавшая сторона. Там и вред, физический и моральный ущерб, профессиональная репутация… Короче, это была хорошая новость. Василий Петрович, все оплатит сказал. Все расходы на адвоката.

— Понятно… — Матвей кивнул, ничем не выдавая, кольнувшего чувства обиды.

Он столько лет отдал предприятию… И вот так… Раз, и не нужен.

— Марина была… обыкновенная прости Господи… — Она снова тяжело вздохнула. — Вот смотри, мне видео скинули по ней. Я это все передала нашему Витале, служба безопасности. Они уж там сами… с полицией разруливали.

— Ей условный срок обещали и что эти видео никуда не уйдут. Вот, она и заговорила.

Матвей, открыл видео, примерно представляя, что там увидит.

Но грязный, развратный секс, с несколькими партнерами, даже на него произвёл впечатление.

— Ляля это видела? — просипел он, борясь с тошнотой.

— Насколько я поняла, нет. Мне прислал это, некто Денис. Написал, что Ляле это видеть, не стоит.

— Извини, Люба. Я отойду. — едва добежал до туалета, как его вырвало.