Мне к лицу даже смерть

Закончив разговор, он с интересом посмотрел на меня и вежливо улыбнулся:

– Насколько я понял, вы Маша.

– Маша, – кивнула я.

– Ну что ж, Маша, прежде всего мы вас обследуем. Давайте-ка вашу ручку, сударыня. – Сергей Афанасьевич взял у меня кровь и, сидя у микроскопа, сам проверил результаты.

– Да, дорогуша, спид налицо, – задумчиво произнес он и вылил кровь из пробирки в раковину. – Иммунная система, девочка, у тебя неплохая. Самое главное, не простывать и беречься от любой инфекции. Организм молодой, здоровый.

– Совсем немного?

– Будем надеяться на несколько лет.

– Несколько лет вряд ли я протяну. Я хочу знать правда Сколько мне осталось?

– Я думаю, два года ты протянешь точно, а возможно, и больше. Я не Господь Бог, знать всего не могу. Все будет зависеть от особенностей организма. Люди погибают по-разному. Одни живут несколько лет, другие сгорают за несколько месяцев. Спид – очень коварная болезнь, а самое главное – непредсказуемая.

Он сделал мне несколько внутривенных уколов и поставил часовую капельницу. Когда все процедуры закончились, я подошла к зеркалу и посмотрела на свое уставшее лицо. Наверное, именно в эту минуту я осознала, что неизлечимо больна. Из зеркала на меня смотрела бледная как смерть девушка с неестественно синими губами. Я достала помаду и закрасила их ярко-розовым цветом.

– На сегодня хватит. Пока будем встречаться раз в неделю. Этого достаточно.

Я нервно поправила платье и полезла в сумочку.

– Сколько я вам должна?

– О чем ты? – не понял врач.

– Сколько денег я вам должна за то, что вы провозились со мной почти целый день?

– Нисколько. За лечение платит Вадим. С тобой, девочка, никаких денежных вопросов мы решать не будем.

– Я могу идти?

– Да, конечно. Всего хорошего.

Я вышла из клиники, села в машину и нервно закурила сигарету.

Так прошла целая неделя. Я купалась в джакузи, смотрела видик, пила дорогие напитки из бара, каталась на машине, посещала косметические салоны, загорала в солярии и делала умопомрачительные прически. Мне казалось, что так будет всегда, но все хорошее имеет обыкновение заканчиваться очень быстро.