Миссия доброй воли

 – Великая Пустота, какой рисунок! Ты на линию крупа погляди, на шею, на копыта! Сколько изящества и экспрессии!

– Вроде нашей наскальной живописи, – без большого восторга откликнулся Абалаков. – Пойдем-ка во второй зал. Он, кажется, для чистой публики. Сядем, закажем, расспросим, кто этих жеребчиков нарисовал... Тебе ведь это нужно, так?

– Разумеется!

Вслед за Петровичем Эрик направился к столу за аркой и сел на высоченный табурет, не спуская глаз со скачущих книхов. Рисунок не был раскрашен – только контуры, проведенные черным по серой стене.

Откуда-то возник пасеша’хаш – так здесь называли любую прислугу, уборщиков, официантов, продавцов. Среди них часто встречались самки, но этот труженик «Хакеля» оказался ражим молодцом с длинными ухватистыми лапами. Увидев, кто к нему пожаловал, он застыл на месте с раскрытой пастью.

Петрович вставил в ухо шарик транслятора и рявкнул на альфа-хапторе:

– Чего стоять? Живо нести кхашаш и мясо! Самый лучший! Лучший, понимать? Мы гости Кшу, высоченный владыка Шеггерен харши’ххе! Поэтому нести все быстро и почетно!

– Рррхх.

– Хашказа, – велел Абалаков, решив остановиться на домашней птице, не такой жилистой. – Быстро-быстро! Кхашаш нести большой, кружка тоже большой!

Прислужник исчез."

"– Видишь, мы уже не шуча, не ашинге, а благородные тэд’шо, – с довольным видом сказал Петрович. – Надавить еще немного, и он нас харши’ххе будет звать.

– Ты совсем его запугал, – произнес Эрик, щупая имплант под ребрами. – Сейчас он бочку спиртного выкатит. И что мы будем делать?

– Пить, юноша, пить по мере сил. А что до бочки, так у нас еще гость намечается. Ты про капитана не забыл?

Снова появился пасеша’хаш, но не с бочкой, а с объемистым кувшином и огромными кружками. Опустил принесенное на стол, приставил лапу к челюсти и доложил:

– Хашказа для тэд’шо в печи на вертеле. Кхашаш лучший, с южного материка.

– Отлично, – промолвил Эрик и оторвал два квадратика платиновой фольги. – Теперь скажи, как тебя зовут.

– Шахут’гра. – Служитель переступил с ноги на ногу. – Хочу спросить... Тэд’шо дозволит?

– Спрашивай.

– Когда я был щенком, мы воевали с шуча. Долго воевали, я успел вырасти... Тэд’шо очень на них похожи.

– Ты очень про нас угадать, – сказал Абалаков на корявой альфе. – Но теперь мы не шуча, не враг. Теперь мы инопланетный тэд’шо и сильно любить хаптор.