Миссия доброй воли

 – Скажи, пха, а чем платят Хшак за товар лоона эо? Ведь им не нужны платина, золото и серебро, не нужны продукты, ткани, машины и другие изделия. Что дают им Хшак?

– Об этом – видят Владыки Пустоты! – никому, кроме Хшак, в точности неизвестно, – промолвил Шаргони’кшур. – Но ты был щедр, и я скажу, о чем шепчутся на станциях и в корабельных экипажах. Это случилось в давние, давние годы... Хшак наняли лучших охотников – из тех, что промышляют в горьких водах и служат благородным тэдам, желающим развлечься. И будто бы эти храбрецы поймали живого хори’шу, такую страшную тварь, что ее и убить непросто, а уж взять живьем.

Шаргони’кшур сделал многозначительную паузу.

– Шкуры этих тварей – знак власти у повелителей кланов? – произнес Эрик. – Кажется, я такую видел у владыки Кшу... И правда, страшная тварь!

– Аха, – согласился Шаргони’кшур. – Так вот, взяли живьем и будто бы отправили лоона эо в огромном резервуаре... Давно случилось, но охотники помнят. Даже кхаш’хаман сложили.

Тоннель привел их в небольшую и почти темную камеру – свет струился от переборки, в которой была смотровая щель.

– Смотри, ашинге! Отсюда виден корабль сервов и их груз. Работы еще не закончены."

"Эрик уткнулся носом в неширокое оконце. Вероятно, то был пластик с односторонней прозрачностью, неотличимый снаружи от стен ангара. Но из камеры открывался превосходный вид на штабеля цилиндров и шестигранных призм, на механических четырехпалых грузчиков, на силовой тоннель и борт корабля, на хапторов в синей и лиловой униформе.

– Пха, ты знаешь, что в этих упаковках? – спросил он, нашарив в кармане кителя денежный стержень. – Скажи, и я осыплю тебя платиной. Вот хакель с крупной суммой... хватит, чтобы починить дом предков... возьми...

Эрик не обернулся, но ощутил накатившую от хаптора волну облегчения. Хакель осторожно вынули из его пальцев, затем Шаргони’кшур прогудел:

– Там лекарства, ашинге, лекарства для животных.