Мир Аматорио. Исчезнувшая

Но она удивляет меня с мрачным макияжем на своем милом личике. Дымчато-черные вертикальные полосы пересекают глаза и стекают по щекам, словно потоки слез, к уголкам губ, накрашенных темно-багровой помадой. Кроме этого, на ней узкие кожаные брюки, черная кожаная куртка и бордовый корсет, приподнимающий ее сиськи.

Мне определено нравится эта горячая версия Кимберли.

Я падаю на диван рядом со своим братом, к которому прижимаются две девушки. Держу пари, они бы не узнали меня из-за моего грима, имитирующего череп скелета.

– Эй, Кэш, – низким голосом зовет меня брат. – Куда ты, черт возьми, исчезаешь по ночам? Ты пропустил несколько моих гонок.

– Избиваю грушу в зале для охраны.

У меня было время, чтобы заранее спланировать ответ. Вполне естественно, что Десмонд будет обо мне спрашивать, потому что последний месяц я пропускаю все его гонки и вечеринки.

Десмонд усмехается, по-своему расценивая мой ответ:

– Тогда почему тебя никто не видел из охраны?

Потому что меня там и не было.

Но я лучше позволю откусить свои яйца, чем признаюсь кому-то, что каждую ночь забираюсь в спальню к Кимберли и наблюдаю, как она спит. Это бы еще раз подтвердило, что она завладела небольшой частью меня.

Одержимой, иррациональной и безумной частью. И кто знает, как скоро Кимберли доберется до всего остального.

– Ты знаешь, что я могу быть незаметен, – произношу расплывчато и сменяю тему. – Что это за ублюдки?

Я имею в виду трех парней, сидящих в нашей компании. Они немного старше моего возраста, а один из них – долговязый и высокий, болтает с Кимберли.

– Знакомые с трека, – отвечает Десмонд предупреждающим тоном. – Советую выкинуть из головы все враждебное дерьмо. Эти парни – лучшие в апгрейде тачек.

О, это должно быть интересно. Я могу оказать долговязому ублюдку величественный прием и позаботиться о нем, если он еще раз посмотрит на Кимберли так, как смотрел секунду назад.

– Эй, ты! – я кричу через стол и впиваюсь взглядом в высокого парня.

– Кэш, – угрожающе шипит Десмонд, но пошел он. Брат найдет себе других автомехаников, а не этих уродов.

– Что заставляет тебя думать, что ты дома, когда ты в гостях? – я пристально смотрю в глаза долговязому. – Разве тебе и твоим дружкам разрешено прикасаться к тому, на что у вас нет прав?

Ребята, сидевшие за столом постепенно замолкают.