Межсезонье

Вряд ли занявшаяся огнем толстовка успела причинить какой-то вред, но Олаф вновь смог открыть прицельную стрельбу из пистолета-пулемета.

Впрочем, пули просто сбивали парня с ног и не давали подняться с пола. Чернов не верил глазам: видневшиеся в сполохах огня раны затягивались сами собой. И это, не считая нечеловечески исказившегося лица!..

Ухватив стоявшую на столе статуэтку, Ник со всего размаха опустил ее на голову поднявшегося на четвереньки заказчика. Брызнула кровь, и неуязвимый до того человек — а человек ли? — с проломленным черепом растянулся на полу.

— Брось! — рявкнул он на Чернова, но тот только сильнее стиснул пальцы на серебряной статуэтке.

— Быстрее! — Олаф наугад расстрелял остаток магазина поверх их голов, отодвинулся в сторону и выхватил у подскочившей Лауры короткий автомат.

— За мной! — метнулся по коридору англичанин. — Быстрее!

Лаура бросилась следом, натужно дышавший Чернов поволок статуэтку; последним пятился скупыми очередями расстреливавший темень Олаф.

Кое-как впотьмах отперев замок, Лорд заскочил к себе в комнату и сунул Лауре мощный электрический фонарь. Яркий луч света прочертил пустой коридор, и прекративший стрельбу Олаф затолкнул Чернова вслед за проскользнувшей в дверь девушкой.

— Какая чертовщина здесь творится?! — заорал он, запирая за собой дверь на ключ. Всего происходившего в гостиной охранник не рассмотрел, но и увиденного хватило, чтобы волосы на затылке встали дыбом. — Я в него раз десять попал!

— Генетическая модификация? — предположил, откупоривая бутылку с виски, англичанин и обильно смочил рассеченную с тыльной стороны ладонь.

— Чушь! — Чернов, уже вытащивший из встроенного в стену шкафа охотничье ружье, забрал у него бутылку и глотнул из горла.

— Твои предположения? — Судорожно навинтив на ствол глушитель, англичанин сунул пистолет-пулемет Лауре, с ногами забравшейся на диван. Потом чертыхнулся и достал из оружейного шкафа АК-108 — к счастью, избавиться от арсенала он решил сразу после передачи товара заказчиком.