Миг бесконечности. Том 2

— Генка??? Кто тебе дал этот номер?

— Да мужик тот и дал. Что случилось? Почему ты не у себя в квартире?

— Гена, я развожусь с мужем.

— Это правда?"

"— Правда, Гена… К счастью или к несчастью, но это правда.

Неожиданно ее глаза увлажнились: как всегда, в самый трудный момент Генка тут как тут!

— К счастью, конечно, к счастью, Катюнь! — тут же уверил ее друг. — Между нами, мне твой Виталик никогда не нравился! Впрочем, как и я ему!

— Ты где был? Ты сейчас где? — всхлипнула Катя. — В Германии?

— Не угадала, чуть ближе.

Задержались в командировке одной… Долго рассказывать. Ты плачешь? — насторожился он.

— Это от радости, — пытаясь сдержать слезы, выдавила она. — Ты так вовремя позвонил…

— Постой… Ты плачешь, все-таки ты плачешь… Что это за квартира?

— Арины Ивановны, папиной жены… Я ведь ушла от Виталика.

— Это я уже понял… — Гена задумался. — Значит, так: сегодня я прилечу в Минск. В крайнем случае завтра.

— Я могу… Могу, Гена, я в отпуске! — не в силах больше себя сдерживать, заревела Катя и сползла по стенке на пол. — Прямо сейчас поеду на вокзал и куплю билет на ближайший поезд. Только куда? Ты где остановился?

— Вообще-то, у московского друга на квартире… — замялся он. — Но я решу этот вопрос. Ты только сообщи, какой поезд встречать.

— Я тебе сразу позвоню, как только куплю билет. И насчет моего ночлега не волнуйся: остановлюсь у подруги.

— Постой, а как же ты мне позвонишь? Ты забрала свой телефон? — опомнился он. — И что это за мужик мне отвечал?

— Случайный знакомый. Так получилось, что телефон у него остался. Я позвоню из автомата.

— Обязательно! На всякий случай запиши адрес в Москве и номер телефона.

— Сейчас, — Катя подтянула к себе сумку, вытащила первую попавшуюся ручку и записную книжку. — Диктуй… Записала, жди звонка. Я тебя целую, — улыбнулась она сквозь продолжавшие катиться по щекам слезы. — Ты настоящий друг…

2

В понедельник Вадим проснулся задолго до прихода домработницы. С одной стороны, редкий случай, так как Галина Петровна появлялась ровно в семь, с другой — в этом не было ничего удивительного.