Между небом и землей

8

Прошло шесть недель, и настал тот долгожданный день, когда Кейси отправилась в церковь, чтобы выйти оттуда женой Марио.

На ней было красивое длинное, кремового цвета платье с открытыми плечами, на которое ушли все ее пятилетние сбережения.

Она несмело вошла в храм. У нее зарябило в глазах при виде пестрой толпы собравшихся на венчание гостей, но она сразу нашла высокую стройную фигуру Марио.

Это мой мужчина, подумала Кейси с гордостью и тут же поправила себя: пока я смогу удержать его.

Церемония получилась очень красивой и торжественной.

Кейси внимательно слушала слова священника и почему-то представляла, как бы все происходило, если на ее месте стояла Тереза Корелли. Эта женщина не шла у нее из головы. В последнем разговоре Тереза предупредила, что будет очень опасным противником, поэтому даже когда обручальное кольцо уже было надето на палец Кейси, она не обрела покой.

Гости стали поздравлять молодых, и среди них новобрачная вдруг увидела ту, которой так боялась.

– Счастлива за вас обоих, – величаво произнесла она и повернулась к Кейси. – Позвольте на минутку украсть вашего мужа. Мне надо задать ему один вопрос. В воздухе повисла тишина. Марио и Тереза отошли в сторону, а Кейси осталась на ступеньках церкви.

Время шло, и она становилась все бледнее и бледнее. Гости начали перешептываться, обсуждая неловкую ситуацию, и Кейси показалось, что она не вынесет такого унижения.

Фотограф, обслуживающий свадьбу, тихо позвал:

– Мистер Бертолъди… пора продолжить съемки.

И только после этого тот подошел к молодой жене.

– Она сделала это нарочно! – беспомощно воскликнула Кейси.

Марио вопросительно поднял бровь.

– Кто? О чем ты говоришь?

Она в гневе схватила жениха за руку:

– О поведении Терезы!

– Она остается моим близким другом, – сказал он тоном, способным заморозить кого угодно.

– Хорошо, я приму это к сведению, – выпалила Кейси.

– И запомни, – продолжал Марио, – я не позволю тебе публично оскорблять эту женщину.

Он с равнодушным видом отвернулся к своему шаферу.

Кейси вся кипела.

Кто дал ему право разговаривать со мной, как с несмышленым ребенком, который может скомпрометировать взрослых? Стоило нам обменяться кольцами, и вся его цивилизованность улетучилась. Он превратился в грубого средневекового тирана. Неужели он не понимает, что Тереза вела себя бестактно.