Между нами (не) любовь

Экран телефона был девственно чист, зато возле нее стоял паренек в просто майке и бейсболке (это в помещении-то). В полумраке клуба ярко накрашенные глаза не слишком привлекали внимания. Зато кепка полностью исполняла свою задачу, скрывая необычную прическу.

- А что, разве похоже? - спокойным тоном ответила Ольшанская, хотя внутри нее все клокотало от ярости. Но пока что удавалось сдерживаться.

- Ну ты же здесь, - широко улыбнулся Лекс Барсовецкий, и Вика в очередной раз подумала, что с инстинктом самосохранения данный индивид явно не дружит.

- Ну, если судить по твоей логике, я явно отправилась искать приключения, - ехидно ответила на его выпад Вика и улыбнулась, будто являлась королевой положения. И неважно, что именно она сейчас в невыигрышной ситуации. Не столь принципиально, что он прекрасно понимает, почему она здесь. Ведь понимает же? Не думает же, что она решила бегать за музыкантом?

- А нашла меня, - резюмировал Лекс.

- Вот, поверь мне, об этом я точно не мечтала, - пробурчала себе под нос девушка.

- И что же мне теперь с тобой делать? - словно советуясь с самим собой, поинтересовался Саша. Он сделал шаг вперед, притесняя Вику к стене и нависая над ней. Пальцем приподнял ее подбородок, заставляя посмотреть в глаза. Сейчас, обведенные темной подводкой, они казались ярче обычного, загадочнее, а сам парень напоминал демона, вызванного по случайности. Вика замерла под этим взглядом, словно загипнотизированная.

Что же ему с ней делать? Она бы вполне могла подсказать несколько вариантов, минимум один из которых выходил за категорию восемнадцать плюс. Но какой с этого будет толк? Да и зачем? Впрочем, зачем она вообще ему написала? Непонятно. Просто что-то сжигало ее внутри, заставляя написать, подколоть, уязвить.

- Отпустить? - вслух предложила вполне мирное решение вопроса Вика.

- Я даже и не знаю, - протянул Барсовецкий. - В конце концов, ты теперь знаешь мое инкогнито.

- И что с того? - фыркнула девушка. - Теперь ты меня запрешь в четырех стенах в красной комнате и не выпустишь, пока не завершишь свою музыкальную карьеру?

Глаза собеседника подозрительно замаслились, и Ольшанская поняла, что он явно не имеет ничего против такого исхода событий. И, хуже всего, кажется, ей самой он вполне нравится. Гормоны чертовы! Да, чисто физиология, и ничего другого.

- Отмотай назад, - щелкнула пальцами перед его лицом Виктория.