Мезальянс

Леди Абигейл можно простить это! Горе помутило ее разум!

Мне хотелось сказать, что ее разум помутила жадность, но я благоразумно промолчала.

- Что не мешало ей переводить некоторые средства в донтонский банк. Уверена, что об этом вы тоже не знаете, ваша светлость, - я заметила, как вытянулось его лицо. – Ведь, правда?

- Вы лжете, - герцог не сводил с меня напряженного взгляда. – Но зачем? Вы получили все, что хотели, а теперь хотите уничтожить репутацию моей семьи?

- Мне плевать на репутацию вашей семьи, - я все-таки не выдержала.

- Немедленно представьте мне доказательства, - прошипел он, поднимаясь. – Я не позволю говорить в таком тоне о семье Мерифорд."

"- Давайте пройдем в кабинет, - я тоже поднялась и не спеша направилась к двери.

Герцог долго листал расчетные книги, и по выражению его лица я видела, что Эммет находится в шоке. Я же спокойно пила вино, ожидая, когда он обратится ко мне.

- Этому должно быть какое-то объяснение! – наконец произнес он, захлопывая книгу. – Нет… это какой-то абсурд!

- Потребуйте объяснений у своей тетушки, - мне стало жаль его. Парень всю жизнь был вторым сыном, и у него даже мысли не было занять место брата. Молодой человек жил в свое удовольствие, не касаясь герцогских дел.

- Я хочу извиниться перед вами, - неожиданно сказал Эммет, взъерошив пятерней аккуратно уложенные волосы. – Вы имели право злиться.

Ага… Уже лучше.

- Я тоже хочу извиниться перед вами, - я решила быть милостивой. – За ту пощечину.

- Мне не следовало грубить вам, - ответил герцог, но по нему было видно, что все эти любезности даются ему с трудом. – Но все-таки я не теряю надежды услышать от тетушки логичное объяснение.

- Могу лишь пожелать вам удачи, - я ни секунды не сомневалась, что леди Абигейл начнет лгать и изворачиваться.

- Так вы позволите мне рассчитаться со слугами? – он приподнял брови. На его губах появилась легкая улыбка, и мне показалось, что это какое-то подобие перемирия.

- Что ж, будь, по-вашему. Я не стану возражать, - ответила я, протягивая ему руку. – Мир?

Он ничего не ответил, но руку пожал, а это уже была моя маленькая победа.